Магнитка играет важную роль

Торговля
В среднем по Уралу внешняя торговля с Германией выглядит партнерской: номинальные объемы экспорта и импорта за последние 3 - 5 лет примерно равны (график 1). Однако в структуре импорта и экспорта доли отличаются на порядок: поставки из Германии составляют порядка полутора процентов нашего экспорта, при этом закупаемые немецкие товары вытягивают на 13 - 15% общего уральского импорта. Здесь при сопоставлении мы не учитываем продажу углеводородов: по нашим данным, объем экспорта в Германию нефти и газа с тюменских северов в 2008 году достиг 10,3 млрд долларов. Это в 12 с лишним раз превышает суммарный экспорт всех остальных уральских областей в ФРГ. Но сотрудничество с немцами в нефтегазовой сфере - епархия федеральной политики.

В целом динамика торговли территорий Урало-Западносибирского региона с Германией в последнюю пятилетку нарастает по объемам как экспорта, так и импорта. Исключение - Пермский край. Регион, как и большинство соседей, продолжает увеличивать импорт немецкой продукции, однако при этом объемы экспорта пермских товаров в ФРГ неуклонно снижаются.

Безусловным лидером внешнеторговых отношений с Германией по объемам оборота на Урале остается Свердловская область. Причин тому много, но не последнюю роль в становлении связей Среднего Урала и ФРГ сыграло то, что областью около 20 лет (с 1991-го по 2009-й) руководил Эдуард Россель, этнический немец. Фактически только Свердловская область имеет значимый положительный внешнеторговый баланс с Германией, по остальным регионам импорт, как правило, превышает экспорт. Таким образом, кажущееся равноправие торговых отношений Урала и Германии создается за счет Свердловской области.
Стоит признать, что в торговых отношениях с Германией Урал выступает в качестве младшего партнера. Во-первых, это выражается количественно: для многих регионов немецкий импорт больше экспорта, что свидетельствует о болезненной зависимости от немецких товаров. Вообще говоря, стоит помнить, что для уральцев характерна экспортно ориентированная модель экономики: в среднем по региону (не считаем Тюменскую область с округами) за последние годы суммарный объем экспорта по всем странам мира в 3 - 4 раза превосходил импорт. Поэтому, если с кем-то из стран-партнеров торговый баланс складывается даже «в ноль» при значимом внешнеторговом обороте, то это свидетельствует о критичной значимости партнера.

Во-вторых, в товарном обмене с Уралом Германия стоит на порядок выше в структурно-отраслевом смысле. В ФРГ наш регион отправляет в основном сырье (график 2): около трех четвертей поставок приходится на металлургическую продукцию (в порядке убывания: титан, медь, сталь, алюминий), примерно седьмая часть - химические материалы (по большей части продукты нефтепереработки). А из ФРГ Урал и Западная Сибирь завозят в основном средства производства (на две трети импорт состоит из покупных станков и оборудования) и транспортные средства и комплектующие для них (около 15%, подробнее - см. график 3).

Инвестиции
Еще более чем от покупных немецких машин, Урало-Западносибирский регион зависит от немецких финансовых вложений в экономику. В среднем за 2006 - 2009 годы доля инвестиций из ФРГ в суммарном объеме поступления иностранных средств составила 11%. Объем средств из Германии стабильно увеличивался, в то время как суммарные иностранные инвестиции имели разнонаправленную динамику (график 4). При этом стоит учитывать, что инвестиционное сотрудничество с Германией для уральских территорий, по сути, игра в одни ворота - мы выступаем в качестве пассивного реципиента. За четыре года (с 2006-го по 2009-й) из ФРГ в уральскую экономику направлено более 3 млрд долларов, в то время как в обратном направлении за тот же период - только около 450 миллионов.

Центрами привлечения денег Германии в последние годы были ЯНАО, Челябинская и Оренбургская области (сопоставьте графики 5 и 6). Однако самым опытным в этом процессе стоит признать все же Ямал: сотрудничество Газпрома с немцами началось одним из первых в регионе, и до недавнего времени (примерно до 2007 года) на долю автономного округа приходилась едва ли не половина всех привлекаемых Урало-Западносибирским регионом вложений этой страны. Однако впоследствии ямальские газодобытчики переориентировались на оборудование китайского и отечественного производства, и активность немецкого участия в газпромовских проектах в ЯНАО стала снижаться (подробнее о сотрудничестве Ямала см. «Газ на оленину», с. 17).

Два минувших года оказались плодотворными с точки зрения привлечения немецких средств уральскими производителями металлургической продукции в Оренбургской и Челябинской областях. Со стороны Германии выступала SMS group - крупнейший в мире производитель оборудования для черной металлургии. Структура SMS Demag поставляла оборудование для «Уральской стали» (Новотроицк, Оренбургская область). Однако самым значимым, несомненно, является сотрудничество c Магнитогорским металлургическим комбинатом (Магнитогорск, Челябинская область), в том числе и в рамках строительства стана-5000. Отметим, что SMS Meer осуществляла поставки оборудования и для Группы ЧТПЗ (Челябинск). В результате немецкие инвестиции в экономику Челябинской области в 2009 году перевалили за миллиард долларов.

В целом отраслевая структура вложений Германии в уральскую экономику сугубо сырьевая, ее основу составляют средства, направляемые на развитие металлургических производств, нефте- и газодобычи (график 7). По сути, она, скорее, повторяет структуру уральского экспорта в Германию, и в гораздо меньшей степени похожа на структуру нашего импорта. Принимая во внимание, что в инвестиционном сотрудничестве мы играем роль младшего партнера-реципиента, можно сделать вывод: при вкладывании денег в экономику Урало-Западносибирского региона немцы в большей степени расценивают наши территории в качестве поставщика сырья (и стремятся контролировать качество и бесперебойность этих поставок), нежели в качестве рынков сбыта продукции (не открывают собственные производства на нашей территории для удовлетворения нашего спроса).

На глобальном уровне
Структура немецких инвестиций, ориентированная на сырьевые поставки, а не на удовлетворение внутреннего спроса страны-реципиента вложений характерна не только для уральских территорий. Несмотря на то, что предприятия Германии в основе своей сами ориентированы на экспорт продукции (в 2009 году совокупный немецкий экспорт составил около 1,2 трлн долларов - второе место в мире после Китая), Россия ими в качестве основного рынка сбыта не рассматривалась.

В конце 90-х - начале 2000-х годов внимание немцев в большей степени было обращено на страны Центральной и Восточной Европы (ЦВЕ). И 2004 год, когда членами ЕС стали сразу восемь стран этого региона (Польша, Венгрия, Чехия, Словакия, Словения, Эстония, Латвия, Литва), такое внимание только усилил. Отношение Германии к странам ЦВЕ и СНГ принципиально разное, и, думается, значимую роль играет эффект сосед­ства. Так, на ФРГ приходится до 60% внешнеторгового оборота Чехии и Венгрии, более 40% Польши, Словакии и Словении. У более отдаленных Болгарии, Румынии, Молдавии и стран Балтии этот показатель колеблется на уровне 20 - 30%. А у самых продвинутых в торговых отношениях с немцами членов СНГ России, Украины и Белоруссии он ниже 15%. Кроме соседства, безусловно, сказывается и уровень валового продукта на душу населения, а по этому показателю СНГ и Россия в частности также заметно отстает от стран ЦВЕ.

В последние годы акцент внешнеторгового внимания ФРГ начал смещаться в сторону Юго-Восточной Азии. Кризис этот тренд лишь усилил. Географическая переориентация особенно явно видна на примере автомобилестроения: экспорт Германии в 2009 году в Восточную Европу сократился на 25%, в Россию на 50%, зато в Китай вырос на 44%, в Индию - плюс 17%. Географическое перемещение экспорта ведет и к переориентации инвестиций: в конце мая глава Даймлер Дитер Цетше заявил о намерении инвестировать 3 млрд евро в китайские проекты (в первую очередь в строительство завода по сборке двигателей). Очевидно, что российский рынок менее емкий, и значительного роста спроса, который не может быть удовлетворен существующими европейскими мощностями, на нем не ожидается.

Сдержанными видятся и перспективы глобального сотрудничества по большинству сырьевых направлений (химическая продукция, металлургия). Во-первых, об этом свидетельствует жесткая политика квотирования российского импорта (особенно в области металлургии). Во-вторых, в последние годы в закупках Германией сырья просматривается тенденция отхода от поставок из развивающихся стран, в том числе из России. Эти изменения немцы, как правило, объясняют повышающимися требованиями к качеству закупаемой продукции.

Оптимистичные ожидания складываются разве что в энергетике: в тесном сотрудничестве заинтересованы и ФРГ, и Россия. Сейчас Германия, осознавая растущую зависимость от импортируемого сырья, заявила о необходимости формирования «энергетической внешней политики», и роль РФ в ней видится немалой. Ожидается, что сотрудничество будет успешным не только в углеводородном секторе, но и в атомной энергетике. Выпущенный в 2010 году доклад Немецкого физического общества обосновал невозможность выхода ФРГ в обозримом будущем из атомной энергии, как бы этого ни хотелось зеленым. Кроме того, перспективными с точки зрения российско-немецкого взаимодействия выглядят вопросы экологической безопасности (особенно это актуально при нефте- и газодобыче), а также сотрудничество в области энергосберегающих технологий.

Региональный акцент
Однако не стоит думать, что отсутствие перспективы строительства многомиллиардных российско-немецких заводов на Урале свидетельствует о невозможности тесного сотрудничества. В этой ситуации больше внимание будет уделяться взаимодействию на уровне средних и малых предприятий, и, думается, такая работа более полезна для экономики Урало-Западносибирского региона, как минимум с точки зрения диверсификации реального сектора.

 

В кооперации с иностранцами (в том числе и с Россией) и в развитии экспортной ориентации на уровне некрупного бизнеса заинтересована и ФРГ, об этом свидетельствует новая Программа внешней экономической политики, представленная в марте 2010 года министром экономики ФРГ Райнером Брюдерле. Перечисленные в документе предполагаемые сферы сотрудничества могли бы заинтересовать и уральские предприятия: электроавтомобилестроение, здравоохранение, технологии экологической безопасности, космическая и авиапромышленность, энергетика, фармацевтика и биотехнологии.

Отметим, что важная часть работы по организации международного сотрудничества немецких предприятий лежит на плечах региональных властей (что в меньшей степени характерно для российских регионов из-за более жесткой вертикали власти). Причем методы поддержки, используемые регионами Германии, отличаются от ставших стандартными для отечественных субъектов способов налоговой поддержки и субсидирования (во многом это объясняется конкурентной политикой ЕС). Немцы в большей степени ориентируются на адресную информационную поддержку: выпуск обзоров рынков и отраслей, стажировки, практики на производстве, проведение выставок и форумов, etc. (В качестве успешного сотрудничества с Уралом можно привести Федеральную землю Баден-Вюртемберг - см. вставку).

Активизироваться в этом направлении стоит, думается, и уральским компаниям. Особенно полезным видится участие отечественных компаний в немецких выставках и ярмарках (подробнее см. вставку про ярмарки). Эта форма международного взаимодействия особенно развита в Германии: порядка двух третей международных специализированных выставок-ярмарок проходят именно в этой стране.