Судебная проверка. У девушки с Урала после её смерти тайно изъяли внутренние органы

Из Замоскворецкого районного суда Москвы истребовано дело для проверки Мосгорсудом.

Как сообщает информационное агентство «Сутяжник-пресс», поводом для проверки стали четыре кассационные жалобы на решения судов, отказавшихся признать тайное изъятие органов и исчезновения 5 из 7 изъятых: суды не применили Конвенцию о защите прав человека, не вызвали трансплантологов в качестве свидетелей, учли заключение прокурора, прогулявшего судебное заседание, и все это суды провели в закрытом судебном заседании и даже запретили публиковать свои решения.

Проверяется точное количество пропавших органов Алины, причины отказа в вызове трансплантологов в качестве свидетелей (единственных свидетелей исчезновения органов), причины, по которым суды учли заключение прокурора, прогулявшего судебное заседание, и основания проведения судами закрытых судебных заседаний и запрета опубликования решений.

Проверка продлится не более двух месяцев, сообщает агентство. По данным «Сутяжника», 14 сентября рассмотрением жалобы членов семьи Алины Саблиной, оспаривающих статью 8 закона о трансплантации, позволяющей врачам изымать органы тайно, займется Конституционный суд России. 

Из материалов судебного дела известно, что уроженка Екатеринбурга 19-летняя Алина Саблина была студенткой Московского университета дизайна и технологии. По официальной версии девушка умерла от травм, полученных в результате ДТП.

11 января 2014 г. Алину Саблину сбила машина. Шесть дней девушка была в состоянии комы. Родители Алины неотрывно находились в реанимации.

17 января врач сказал, что ему некогда общаться с родителями, что их не пропустит к дочери.

18 января похоронный агент сообщил о смерти дочери 17 января в 23:40.

15 февраля мама Алины из заключения судебно-медицинского эксперта узнала об изъятии сердца, почек, части аорты и нижней полой вены, надпочечников и кусочка нижней доли правого легкого. Задокументировано изъятие только двух органов. Ни мама, ни папа Алины, не покидавшие реанимацию в течение недели, не давали согласия на трансплантацию, а врачи такого согласия не спрашивали.