На краю географии. Участники экстремальной экспедиции успешно вернулись в Магнитку

– На машине я объехал почти всю Россию, – рассказывает Александр Викторович. – Но не везде проедешь на автомобиле. Половина страны вообще живут без дорог. Такие места, как Лена и Енисей, можно увидеть или летом на лодке, или зимой на снегоходе. Мы выбрали второй вариант. В прошлом году прошли Енисей до Норильска. В этом — отправились на Лену.

СНЕГОХОД
      Первое, что меня очень зацепило, – я еще до прошлой поездки сроду не думал, что сяду на снегоход. Я и мотоциклистов-то не очень понимаю – грязь, ветер в лицо. Я предпочитал передвигаться на машине. Помните, как в детстве на ледянке с горки катались. Вот представьте: посадили вас верхом, к примеру, на холодильник. И с горки столкнули. В руках руль велосипедный. Только на препятствиях он вращается так тяжело, будто это люк колодезный. Едешь – удар слева, удар справа, ты рулем крутишь, чувствуешь себя гонщиком, ловишь драйв. Ветер в лицо! Только скорость при этом 15 км/ч. Никакой тебе эстетики. Обычный утюжок, страшно выглядит, громко рычит. Буранчик, одним словом. Смесь холодильника и мотоцикла.
ТОЛЬКО БУРАН
      Я думал, что у нас будет большой выбор – американские модели снегоходов, японские. А оказалось, что для такого путешествия пригоден только Буран, изобретенный 40 лет назад. Шире гусеница. Устойчивей. Неприхотлив в горючем. Импортные не переносят очень низких морозов, они более хрупкие. При неумелых наших ручёнках. Если что-то сломается, ты его не починишь, а запчасти к Бурану в любой деревне можно найти. А скорости нам было не надо. Мы же с санями гружеными ехали. Кстати, двое саней, привезенных с собой, разбили в хлам. Пришлось покупать там. Если едешь со средней скоростью 15-20 км/ч, это фантастическая скорость.
АРКАДИЙ
      Аркадий – «снегоходный монстр». Мороз -25, а он голыми руками движок перебирает. Восемь часов. Если бы мы его не нашли, я не знаю, как бы состоялась эта поездка. Все наши магнитогорские экстремалы-механики отказались ехать. Думал, сами научимся ремонтировать технику. Три дня просидел с книжкой возле снегохода. И понял – не получится. Нашли Аркадия – специалист в своей сфере известный. Он свои снегоходы проектирует и выпускает. Штучно. Когда в деревнях узнавали, что приехал человек с завода, сбегались люди, разговаривали с ним до утра. Механик от бога.
ЧУДО
      Запчастей кучу с собой везли. Вплоть до движка. Но он не понадобился. Все поломки были предсказуемы. Но однажды сломался вал, который практически никогда не ломается. Его достать трудно, можно только со старого снегохода снять. Дотащили буранчик до ближайшей деревни.

А она полупустая. Людей почти нет. Запчастей отродясь не было. Нашли заброшенный, покосившийся гараж. Ничейный. Заходим внутрь: пустота, только в углу на полке, как для нас приготовленные, – два вала. Те самые.

ОДЕЖДА
      Процесс одевания долгий и кропотливый. Иначе при сорокаградусном морозе и встречном ветре – никак. Одеваешь три слоя одежды. Двое носок. Бахилы неудобные. На голове – две маски. Потом очки, потом шапка, потом капюшон. На руки – сначала перчатки, засовываешь их в рукава, чтобы щелей не было. Потом варежки сверху. Как медвежонок неуклюжий. Собрались, упаковались, поехали. Если дорога прямая, едешь нормально, но как только начались препятствия, снег глубокий – сразу мокнешь. Представьте, снегоход забуксовал. Его надо взять за ручки и передвинуть, чтобы он снег зацепил. А он 300 кг весит. Или сани перевернулись – 500 кг. Если совсем взмок, чувствуешь, что дальше будешь замерзать, встаешь. Снимаешь верхнюю одежду, просыхаешь – на морозе от тебя пар валит. Потом одеваешь и поехал дальше. Одеться так, чтобы остаться сухим, – невозможно. Так весь день – оделся, разделся, опять оделся.
ОБЫЧНЫЙ ДЕНЬ
      Вставали рано, даже если поздно ложились. До 12 держится сильный холод, потом становится теплее. Завтрак – утром есть неохота, а надо. Три часа уходит на сборы и упаковывание саней. Если неправильно привязать вещи – все развалится в дороге. Потом прогреваешь снегоход, и – вперед. Днем в лучшем случае остановились минут на 30 – перекурили, чай попили, и – дальше. Ну и вечер: всегда старались искать ночлег – в палатке замерзнешь, да и вещи не просушишь. Хорошо, если добирались до ночлега в 9-10 вечера. Бывало в 12, и в три, и в пять утра. Уже едешь, только чтобы доехать. Однажды ремонтировались. У снегохода поршень перегорел. Утром местный житель предлагает: пока Аркадий чинит, может, на рыбалку? Да не вопрос. На деревяшку леску намотали, блесну подцепили – из одной лунки за три часа я достал шесть щук, сига и налима. Налим большой, килограмм на пять.
НОЧЛЕГ
      Мы в этом году старались в палатках не ночевать. Всегда находили зимовье, или брошенные деревни. Заехали, стекла затянули целлофаном, залезли на крышу, откопали трубу, разожгли печь. Через два часа тепло, и к утру вещи сухие. Как-то ночью все-таки пришлось палатку ставить, и даже сил не было идти за дровами – так и легли в -40 градусов. А за дровами не подняться – там такой косогор метров 150: пешком не дойдешь, снега по грудь. Уснуть из-за холода так и не удалось — проворочались всю ночь с боку на бок. Хотя спальные мешки были отличные. Я реально понимаю, как там замерзают люди.

ХУЖЕ ВСЕГО
      Хуже всего, когда под снегом – вода. По водяной каше этот снегоход не идет, она забивает ему все гусеницы. Его надо перевернуть набок, прочистить палками гусеницы. Эта операция занимает минут 40. Потом поставить на место, протоптать дорогу по воде, ждать, пока она замерзнет, сверху снег сыпать, потом эту дорогу на снегоходе пройти на малой скорости без саней. Потом уже идут сани. Вода эта на льду, она неглубокая, сантиметров 15-20. Тебе самому тяжело ходить: пока ногу вытащишь из этой жижи, пока поставишь. Иногда один снегоход метров за 50 отгоняем и вытаскиваем другой длинным тросом. Если оба снегохода посадили, то приходилось за берег лебедкой вытаскивать. Вот это проблема была – снег с водой. А мороз – не проблема.

ТОРОСЫ
      Представьте: идет река, и по фарватеру гуляет торосное поле. Поехал, и воткнулся. С одной стороны торосы, с другой – вертикальные скалы. Нужно перейти торосы. Иногда по ним можно переехать, если они небольшие. А иногда они такие – стена. Как ледяное кладбище: памятники, ограды – пешком не пройдешь. Как в лабиринте выискиваешь проходы. Воткнулись однажды в тупик торосовый. Восемь километров проехали за восемь часов.

БОЖЕСТВЕННАЯ ПРИРОДА
      В прошлом году Енисей у нас весь шел как божественное Откровение. Потому что первый раз. Круто. А здесь такого не было. Энергетика у Лены гораздо сильнее, чем у Енисея, а такого ощущения нет. Несколько раз только я его поймал. Когда проезжали через Ленские Щеки. Ущелье: Лена сжимается до 150 метров, высота скал около 200 метров. Мы трое суток пробирались через них. Снега по грудь. Ни одной буранной дороги, т.е. люди не ездят зимой. Дичь полная. Еще одно божественное место – устье Алдана. Едем, видим – островок, дерево, тряпочками обвязанное, и вид – во все стороны великолепный. И видно далеко-далеко. Тишина. Лед. Вечность. Вьюги нас миновали. Ветер застали только в Ленской трубе. Она не длинная, километров 200. Река узкая, скалы с двух сторон вертикальные. Сумрак. Ледовитый океан близко. Вот там дует ВЕТЕР. Сильно.
ЛЮДИ
      Что запомнилось – встречали хорошо. Нам говорили – там алкаши, деграданты, агрессивные люди. Есть, конечно, и алкаши, но никакой агрессии. Заезжаем в деревню, в любой дом стучимся: пустите переночевать – пожалуйста. Баню можно? Без проблем. Денег за ночлег предлагали каждый раз, но никто никогда не взял. 45 дней, 45 стоянок, встречали все великолепно. Неважно кто: эвенки, якуты, русские, бомжи. Живет бомж просто в домике. Его привезли туда хозяева этого домика, чтобы он кормил собаку, проверял сеть. У него паспорта не было всю жизнь. Недавно восстановили.
ПОВСЕДНЕВНОСТЬ
      Люди там живут по-разному, но абсолютно не так, как мы. Мы ездим на автомобиле, а они — на лодке. Для нас охотники и собиратели – это люди из каменного века. А они реально живут сейчас рыбалкой и охотой. У нас пошел работать на комбинат, получил деньги. А там пошел в лес, добыл соболя, поймал осетра, икру продал – деньги. Там нет проблем с жильем. Можно просто занять пустую избу. Да и документов на жилье часто нет. Деньги: рыба – икра черная, охота – соболи. У нас на машину тратят, там – на лодку и снегоход. Оружие покупают, сети, патроны – все для жизни.

Народности эти, конечно, отличаются. Местные жители живут хорошо, это их родина, им бежать некуда, они привыкли, они работают. А те, кто прибыл туда в советские стройки, – часто деградируют. Они все ждут чего-то: что кто-то придет, начнет, сделает.

Нередко мужики живут в одиночестве. Вот, допустим, в поселке пять приличных парней. А женщин нет ни одной свободной. Еще пример. Живет один мужик, у него хорошее хозяйство, 15 коней, опрятный. Один всю жизнь живет, семьи не было, детей не было. И уже не будет никогда, видимо. И всего четыре темы разговора: о лодке, о снегоходе, о звере и о рыбе.

РАДИУС ЖИЗНИ
      Общая черта у всех – отсутствие страха перед природой. Для нас ночевать зимой у костра – это экстрим, а там – это нормально. Пешком 50 км по лесу пройти в одиночку – это тоже нормально. В одиночку на медведя охотиться – нормально. Съездить куда-то за запчастью в одиночку, за 100 км в сорокаградусный мороз.

А вот в незнакомые места для них ездить – необычно. У них радиус жизни – 100 км. Здесь им – сам черт не брат. А дальше не ездят – боятся.

ПЯТНИЦА, 13-ОЕ
      Самый фантастический день нашей поездки был – пятница, 13-е (апреля). Во-первых, потому что путешествие заканчивалось. А во-вторых, – три природных ландшафта за один день сменились. Первый – мощная заторошенная река. Ветер. Скалы абсолютно дикие. Потом смотрим – небольшой ручей в стороне. И буранный след, невнятный такой. По навигатору до Тикси – 54 км. Мы уходим в это ущелье. И сами ищем дорогу через горы, переваливаем Верхоянский хребет. Горы непривычные. У нас горы – хотя бы кусты растут. А тут только камни. И снег. Закат красивый. Потом начинается тундра — сплошная белая пелена. Вот они, три ландшафта. Дальше километров 40, и конец маршрута — Тикси.

Мы разъехались: кто в Рыбинск, кто в Магнитогорск. С чувством удовлетворения. Смогли. Но осталась мечта – пройти через Северный полюс в Канаду. Туда на снегоходах россияне тоже еще не ходили.

Состав экспедиции:

Александр ТАБАКОВ (г. Магнитогорск)

Депутат Магнитогорского Городского Собрания. Участник экспедиции «Енисейск – Норильск, 2011 года», «Усть-Кут – Тикси, 2012 года».

 

Аркадий ПОПОВ (г. Рыбинск)

Опытный путешественник, инженер-конструктор НПО «Сатурн»; руководитель экспедиций ОАО «Русская механика» «Рыбинск – Салехард 2010 года», и «Салехард – Уэлен 2011 года» (самого длинного в России экстремального пробега на снегоходах – около 7800 км).

 

Геннадий ЧЕРНУХА (г. Магнитогорск)

Предприниматель. Участник экспедиции «Енисейск – Норильск, 2011 года», «Усть-Кут – Тикси, 2012 года».