Россиянам не следует загонять самих себя в цепкие лапы кризиса

Информационное воздействие – как посредством СМИ, так и через неформальные коммуникации – играет в формировании восприятия кризиса роль, как минимум, не меньшую, чем объективные экономические факторы. На момент проведения исследования 4% россиян пребывали в счастливом неведении относительно того, что в стране разразился кризис. Большая часть граждан знала об этом в самых общих чертах, и каждый пятый – в деталях и подробностях. Причем, чем более информированным считает себя респондент, тем с большей тоской он смотрит в будущее. В целом, 39% опрошенных полагают, что кризис будет усиливаться; примечательно, что среди этих пессимистично настроенных граждан 17% заявили, что лично на них кризис пока не отразился. В основном эту категорию составляют лица, состоящие на государственном или родительском попечении (военнослужащие, работники силовых структур, учащиеся), а также те, кто занят в сфере государственного управления.
Рассуждения относительно дальнейшего развития кризиса выявили еще один любопытный факт. Даже прогнозируя неприятные последствия для страны в целом, граждане надеются на более позитивный сценарий для себя лично. Более половины респондентов полагают, что в течение ближайших 12 месяцев жизнь большинства россиян ухудшится, но только 36% допускают, что пострадает их собственное материальное благополучие.
Между тем, реально уже ощутили негативное влияние кризиса на свои кошельки 44% участников исследования. Среди представителей среднего класса этот показатель выше – 55%. С одной стороны, это объясняется объективными факторами: наибольшие потери несут люди, максимально встроенные в современные экономические отношения – пользующиеся кредитами, вкладывающие деньги в ценные бумаги, ведущие собственный бизнес. С другой стороны, эта же, наиболее активная часть населения, сильнее интегрирована и в информационное пространство. Среди представителей среднего класса вдвое больше доля людей, знающих о кризисе в деталях и подробностях, чем среди опрошенных в целом. Вместе с тем, для этой категории граждан более характерна активная стратегия поведения во время кризиса. В случае возникновения проблем они готовы искать дополнительную работу, повышать уровень образования и т.д., тогда как менее энергичные слои населения выбирают пассивное поведение – переждать, урезать расходы, дождаться помощи государства.
В целом, как отмечают социологи, в России на кризис списываются вещи, которые в большей степени можно расценивать как коррекцию того или иного рынка. Например, кадровые сокращения. О том, что штаты и зарплаты непомерно раздуты во многих отраслях, говорилось в последние годы не однажды. И сегодня многие компании под предлогом кризиса просто проводят оптимизацию персонала. Также более чем вероятно, что местные власти начнут списывать на кризис и сокращение бюджетов все свои недоработки.
При этом уровень жизни россиян падает не так быстро, как можно было бы ожидать, и это падение зачастую нельзя назвать катастрофическим. Да, потеря значительной части дохода для представителей среднего класса, привыкших питаться в ресторанах и регулярно наведываться в дальние страны, болезненна, но, как говорится, не смертельна.
А вот показатель социального оптимизма в России практически на нуле. И это уже серьезный звоночек о том, что хотя экономические проблемы затронули пока менее половины населения, ожидания у него отнюдь не радужные. А ожидания, в свою очередь, начинают определять поведение: кто-то из вкладчиков заберет деньги из банка, кто-то из предпринимателей задержит платежи "на всякий случай", хотя деньги у него есть...
Психологическое состояние россиян отнюдь не улучшают заявления, подобные недавнему прогнозу вице-премьера Игоря Шувалова, предсказавшего, что кризис затянется на три года. Российским лидерам, пожалуй, стоит изучить стратегию западных коллег, которые уже призывают своих сограждан готовиться к будущему экономическому подъему.