Проблемы моногородов так волнуют посторонних, что они говорят лишнее

Моногорода, некогда бывшие оазисами благополучия, в кризис превращаются в ловушки: и жить нельзя, и уехать не на что. Первую волну бунтов в регионах (Светлогорье, Богдановичи, Балтийск, Магнитогорск)- удалось пресечь. Но история народного протеста в Пикалево, ставшая хрестоматийной, внушает оптимизм тысячам заложников таких городов — федеральных трасс в России достаточно.
Моногорода — это муниципалитеты, в которых от 25% работоспособного населения трудится на одном градообразующем предприятии (зачастую этот показатель достигает 50%). Социальная инфраструктура практически полностью зависит от производства, а бюджет целиком завязан на работу одного предприятия.
По данным исследования Института региональной политики, в России насчитывается 460 моно- или, как их еще называют, профильных городов, которых проживает четверть населения страны. До кризиса эти города обеспечивали 40% ВРП. У РУСАЛа — 13 таких населенных пунктов, у УГМК — 12, у «Евраз Групп» — 8. Сегодня практически везде идут масштабные сокращения, производства снижают объемы, а то и вовсе грозят «заморозкой» до лучших времен. «Проблемы моногородов решают просто: прилетел премьер — дали денег. А когда в волшебном мешочке закончатся золотые монетки, что будем делать?» — возмущаются в КПРФ. Как заметил глава Счетной палаты Сергей Степашин, «Путина, да и денег на все Пикалево не хватит».
Не зная, как исправить ситуацию, власти стали убеждать население, что проблема будет решена — нужно только подождать. Накануне полпреды президента обсуждали кризисные перспективы моногородов, причем в закрытом режиме. Как заверил руководитель президентской администрации Сергей Нарышкин, подобные встречи будут проводиться постоянно в разных регионах страны.
Как заявил после совещания полпредов помощник президента Аркадий Дворкович, недостаточно просто выплачивать задолженность по зарплате и сохранять рабочие места. Необходимо создавать современные, конкурентоспособные предприятия, диверсифицировать экономику. Спасительные инновации — вот путь для реанимации моногородов.
«Это не иллюзии. Примеры того, как IT и инновации вытаскивают моно- и малые города из застоя и кризиса, есть, — считает научный руководитель лаборатории политической географии и геополитики СПбГУ Константин Аксенов. — Например, в Калининградской области режим свободной экономической зоны и административное регулирование делают возможными такие прорывные проекты даже в условиях кризиса». Так, райцентр Гусев переродился в технополис буквально за год. В июле здесь запускается радиоэлектронное производство, на очереди — домостроительный комбинат. В 2009 году в Гусеве рассчитывают увеличить промпроизводство на 43%.
Идея о перепрофилировании не нова — в Европе уже «изобретали этот велосипед». Например, в Германии проводилась масштабная реструктуризация целой шахтерской агломерации. В рамках комплексной государственной программы создавались новые производства, переобучался персонал, осуществлялись социальные выплаты и переселение шахтеров старше 45-ти лет на территории с еще работающими шахтами, поскольку переучивать их уже не было большого смысла. Но этот процесс занял почти 20 лет.
В России же, по данным Минрегиона, из-за кризиса в срочных оздоровительных мерах нуждается 200 монопрофильных городов, а 19 субъектов РФ — уже «на грани фола». «Любые инновации — это даже не деньги, это время, которого сегодня нет», — отмечает эксперт центра «Стратегия» Илья Каплинский. «Новые технологии предполагают сокращение количества задействованных людей на производстве. А люди сегодня не могут мигрировать, по многим причинам у жителей моногородов очень низкая мобильность. Обеспечить переезд безработных в другие регионы будет довольно сложно», — добавляет замдиректора института «Центр развития» ВШЭ Валерий Миронов.
Один из вариантов решения этой проблемы эксперты видят в развитии малого и среднего бизнеса. «Создание мелких, небольших производств, ориентированных за пределы города, которые дадут мгновенную отдачу — это занятость, возможность заработать. И только после этого можно будет заниматься инновациями», — говорит Каплинский.
Кроме того, диверсифицировать экономику можно за счет крупных инфраструктурных проектов. «Необходимо перевести эти предприятия на внутреннее потребление, для чего необходимо активизировать масштабные государственные программы, — считает Каплинский. — Это строительство дорог, жилья, нуждающаяся в модернизации сфера ЖКХ. Кроме того, было бы разумно привлечь к их реализации жителей таких городов, а не гастарбайтеров».
Помимо этого, в ситуации кризиса необходимо отстроить промышленные цепочки так, чтобы «предприятия-кормильцы» работали под целевые госзаказы: строительство авто- и железнодорожных магистралей, жилья для ветеранов, военных, многодетных семей и пр. «Это более рациональный подход, нежели финансовые подачки из бюджета, и это обеспечит выживание городов», — считает эксперт центра «Стратегия».
Между тем, как отмечают в Горно-металлургическом профсоюзе, в России есть моногорода без будущего. «Не стоит больше тянуть отсталые заводы, это только порождает иждивенчество», — считают профсоюзники. Они рассчитывают, что государство возьмет на себя обязательства по переобучению и переезду жителей «бесперспективных» городов. Но такой путь может оказаться еще более затратным.
Правительство, видимо, понимая, что проблемы моногородов могут привести к нарастанию социального напряжения, уже определило 20 «наиболее чувствительных городов с точки зрения социальной ситуации», которым будет оказана поддержка на федеральном уровне. До сих пор список полностью не озвучен, но известно, что «счастье перепало» подмосковному Воскресенску, а Вологодчину обошли.
Чиновники также взялись за разработку Федеральной целевой программы поддержки моногородов, но финансирование может начаться не раньше следующего года. Если эта программа, вопреки ожиданиям, все-таки окажется содержательной, на ее выполнение потребуется как минимум 10-12 лет. А если сделать скидку на российскую действительность и кризисные сокращения госбюджета — и все 20.
А глава Совета Федерации Сергей Миронов предлагает раскошелиться собственникам предприятий, которые зачастую воспринимают моногорода как колониальные владения. По его мнению, оплачивать переезд и переобучение должны собственники компаний, а не государство. «Заработав на городе-комбинате десятки, если не сотни миллионов долларов, хозяин не вправе выкидывать людей на улицу, как отработанный материал», — уверен Миронов.
«В случае невыполнения социальных обязательств собственником, нужно говорить о национализации этих предприятий», — развивает мысль Каплинский.
Через неделю на Южный Урал, в монопрофильный Магнитогорск едет премьер-министр, из-за чего даже перенесли запуск «стана-5000» на ММК. Видимо, ответственную миссию по запуску «надежды» решено доверить лично Владимиру Путину. Такой пристальный интерес первых лиц к Уралу вполне оправдан — в УрФО располагается значительная часть российских моногородов. Большинство их них «специализируются» на металлургии, которая больше других отраслей пострадала в кризис. В Магнитогорске, где выстроилась месячная очередь на запись в центр занятости, уже происходили народные волнения. По словам полпреда президента в УрФО Николай Винниченко, ситуацию в Челябинской области удалось удержать лишь благодаря «ручному управлению» губернатора.
По данным отраслевого профосюза, за время кризиса были уволены 40 тыс. человек, еще 25 тыс. могут лишиться работы в ближайшем будущем.
Кажется, пока альтернатив «ручному управлению» нет — только заниматься этим придется губернаторам. По мнению экспертов, после пикалевской истории из центра главам регионов была дана четкая установка: либо пан, либо пропал. Между тем, законных оснований для вмешательства в дела собственников у администраций муниципалитетов и региона нет.
Челябинские чиновники не прочь передать некоторые проблемные предприятия в управление государству — например, под крышу госкорпорации «Ростехнологии». А глава Иркутской области уже готов вновь временно запустить Байкальский ЦБК, чтобы не допустить революций в регионе.
На фоне такого экономического бессилия власть решила подстраховаться. МВД создает ситуационные центры для мониторинга общественных настроений. Как сказал Рашид Нургалиев, это позволит милиции и властям действовать на упреждение и не допустить обострения протестных настроений в период кризиса. А Минсвязи, вопреки Конституции РФ, с 21 июля предоставит правоохранительным органам неограниченный доступ к почтовым отправлениям без решения суда. Вероятно, по мнению властей, полицейские меры в оздоровлении экономики страны в краткосрочной перспективе окажутся более эффективными.

Светлана Коробейникова