Ольга Корда: «Бахметьев снова обещает. На этот раз уже в деревне»

Активно агитирует наш мэр селян поддержать его кандидатуру на ближайших выборах. И только по пятницам демонстрирует словесную активность на аппаратных совещаниях, критикуя все свои службы, которые еженедельно трудятся не только без мэрского пригляда, но и, по сути, за него.

О силе своего желания завершить профессиональную карьеру в роли депутата Госдумы Бахметьев говорит на каждой встрече с селянами: главное, чтобы людям было хорошо. Эмоционально говорит. Иногда даже проникновенно получается. Только вот на вопрос: а почему не хотите остаться и выполнить все взятые на себя обязательства перед магнитогорцами, отвечать как-то не торопится. Стесняется, наверное. Больше говорит о том, как в Магнитогорске и на производстве его любили, любят и, наверное, будут любить. При этом не стесняется уверенно рассуждать об удобрениях, возрождении рыбхозов, сельхозтехники и прочем.

Не стесняется Виталий Викторович, когда говорит о значимости собственной персоны. Ставя себя в один ряд с губернатором: «мне предлагали должность генерального директора до Дубровского, ну я отказался, Борис Александрович был, мы были с ним в паритете». И не стесняется признаваться, что и на должность мэра позвал его Дубровский: «В декабре месяце (2014 г – прим. ред.) губернатор пригласил меня на должность главы города Магнитогорска».

Интересно, а кто сейчас пригласил его в Госдуму? Опять Дубровский? Отчего же у нас такой непоследовательный губернатор? Или Бахметьев не справился, и вся эта история с Госдумой – всего лишь попытка сохранить лицо?

Так может перед последней пятилеткой до пенсии стоит все же поступить честно, чтобы не было мучительно больно. И подать в отставку. Ну хочется в Госдуму, ну мечта у человека появилась. Ну бывает. Ну надоело. Устал. Не смог. Не захотел. Не справился. Так может стоит уйти и заниматься политикой. И вопросов не останется, и кто-то новый начнет заново вникать в проблемы города. И может даже будет толк. Зачем тратить время: город и так запомнит Бахметьева как «летуна».