Злоключениям защитников животных Магнитки не видно конца

Камнем преткновения стал садовый приют соучредителя магнитогорского фонда защиты животных «Верность» Инны Лисянской. Он, по словам владелицы, – попытка сохранить животных, пока зоозащитники вместе мэрией ищут вариант для нормального городского приюта.

Хождение по мукам
Предыстория нынешней ситуации, которая сложилась вокруг магнитогорского приюта для бездомных животных, на редкость драматична. Инициаторами его создания в 1995 году выступили Инна Лиснянская и Маргарита Пейчева, понадеявшиеся решить проблему цивилизованно. Помимо надежды у последней был еще и определенный опыт, привезенный из Болгарии, где вместе с другими зоозащитниками она сумела добиться от местной власти здания под приют. Однако здесь ситуация начала разворачиваться совершенно иначе.
Подыскав в Магнитогорске подходящее помещение и собрав несколько тысяч подписей в поддержку, Пейчева и Лисянская обратились к мэру Виктору Аникушину. Но понимания у него не нашли, поэтому решили выкупать здание самостоятельно – на свои средства и средства заинтересованных магнитогорцев.

Среди них оказался и Вадим Бородин – человек, близкий к авторитетному бизнесмену Матвийчуку. Именно деньги последнего и средства зоозащитников пошли на создание первого на Южном Урале приюта для бездомных животных. Однако подобный союз обернулся для зоозащитниц драмой: здание приюта было быстро продано тоже авторитетным предпринимателям – братьям Хованцам. После этого зоозащитницы, по собственным словам, вынуждены были восемь месяцев буквально ползать на брюхе перед мэром Аникушиным, выпрашивая у него помещение.
Именно с прежней администрации Магнитогорска начался второй этап мытарств. В декабре 1998 года фонду защиты животных «Верность» все-таки было дано разрешение на заключение договора аренды одного из городских зданий. Но оформить сам договор оказалось невозможно, потому что здание считалось ветхо-аварийным. Хождение по инстанциям закончилось тем, что приюту все-таки позволили здесь разместиться, и даже был подписан договор аренды.

Однако в 2000 году его, опять же за спиной у зоозащитников, выставляют на аукцион. Попытки фонда поучаствовать в аукционе, несмотря на собранные средства, успехом не увенчались. За сумму порядка 50 тысяч рублей здание было продано близкому к горадминистрации предпринимателю, который, стоит заметить, позволил приюту там оставаться еще в течение шести лет – ровно до смены мэра. После этого здание уже за сумму порядка пяти миллионов было продано ООО «Стройтехнологии», считающемуся «дочкой» ММК.
Впрочем, в администрации Евгения Карпова к проблеме зоозащитников отнеслись более благосклонно. Так, именно первый вице-мэр Виталий Сидоренко вел переговоры с руководством компании «Стройтехнологии», предложив не разрушать здание приюта до тех пор, пока мэрия не найдет для него подходящего помещения. Поиском вариантов занялся и новый руководитель городского комитета по имуществу Алексей Дюльдин.

Однако выяснилась другая проблема. Оказалось, что свободных муниципальных помещений, которые могли бы по санитарным и прочим нормам подойти для приюта, в городе нет, но эта информация есть лишь у отдельных чиновников. К примеру, у здания, которое сам Карпов торжественно передал фонду в безвозмездное пользование, наличие соседей, владевших рядом землей под коттеджи, обнаружилось только после того, как зоозащитники начали осваивать переданное.

Что стало сюрпризом и для фонда, и для мэра, и для руководства комитета по имуществу. Данные о «соседях», как выяснилось потом, были лишь у сотрудников управления архитектуры. Отчасти сходная ситуация получилась и с предлагаемыми фонду «Верность» земельными участками. Так, один из участков, считавшийся свободным, на самом деле оказался совершенно непригодным под какое-либо строительство, поскольку находился в зоне высоковольтной линии ММК. О чем, правда, комбинат не счел нужным поставить город в известность.

Все в саду
Нынешний садовый вариант, ставший предметом судебных разбирательств, появился у зоозащитников, по их словам, с горя. Несмотря на усилия мэрии устроить судьбу приюта, в 2006 году он был разрушен новыми собственниками. В результате более 300 животных зоозащитники были вынуждены разобрать сначала по квартирам, а когда начались жалобы со стороны жильцов, вывозить их на садовые участки.

«Покупая в 2007 году в садовом товариществе «Строитель-3» землю в собственность, я рассчитывала на принятое в 2006 году решение мэрии о переводе этого товарищества в поселок малоэтажного строительства, – рассказывает Инна Лисянская. – Это позволило бы обнести землю капитальным забором и поставить капитальное строение, мы и поставили хороший забор и хорошие вольеры. Но, несмотря на это, я не рассматривала этот вариант как постоянный. Он нужен для того, чтобы передержать животных до момента, когда мы найдем вариант для нормального приюта».
Однако понимания у соседей зоозащитница так и не нашла. После череды жалоб соседка по участку Людмила Савельева и председатель правления Николай Лактионов подали на нее иск в суд о выселении животных. Основная претензия – собаки мешают жить садоводам. «Садовод приходит в сад отдыхать, – поясняет свою точку зрения г-н Лактионов, – а получает рядом собачий приют – лай, вой, запахи, экскременты. Я не могу решить эту проблему уже два года. Моя цель не уничтожить этих животных, а сделать так, чтобы их просто убрали, куда – не знаю». Председателю вторит и г-жа Савельева: «Грязь, вонь, крик, шум – отдыхать невозможно, работать невозможно. Я не хочу ждать решения мэрии. Я не убийца, я тоже люблю собак, но в таком количестве они не нужны. Мне безразлично, куда их уберут. Мы должны сначала о людях подумать, а не о собаках».
В то же время зоозащитники, напротив, утверждают, что приют Лисянской – один из наиболее благоустроенных. «Нормальная территория, огороженная глухим деревянным забором, никакого бардака, грязи, куч экскрементов и вони, – рассказывает помогающая Лисянской Надежда Татаркина. – Каждый вольер имеет свою калитку, будку, деревянный пол. Вольеры чистятся два раза в день, все экскременты собираются и вывозятся».
В этом смысле весьма примечательным выглядит диалог на последнем судебном заседании, когда и было вынесено решение:
Лисянская: «Мне говорят, шумно, но практически на всех соседних участках есть собаки. Истцы говорят, что плохой запах, грязь. Но у меня есть свидетельские показания ветврачей, которые нас курируют...»
Лактионов: «Ответчик, давайте по существу дела, вы специально затягиваете процесс».
Судья: «Достаточно, ответчик, я не буду вас больше слушать».
Лисянская: «Получается, суд слушает только Лактионова».
Судья: «Ваши пояснения мне достаточны. Вы меня поняли?»
Лисянская: «Пояснения были бы достаточны, если бы вы предприняли выезд на мой участок, как я просила».
Судья: «Поскольку сторона не подчиняется распоряжению председательствующего, я объявляю вам замечание. Вам дали слово, вас выслушали, вы хотите нас всех взять измором, что ли?»
P.S.
27 июля судья Дина Брайко вынесла решение удовлетворить требования истцов. То есть в течение месяца животные должны быть убраны с участка. Поскольку в Магнитогорске нет приюта, что мэрия признала официально, собак ждет живодерня. Зоозащитники намерены это решение суда опротестовать. По их мнению, такое решение может повлечь череду разбирательств садоводов с другими зоозащитниками. И тогда на живодерне могут оказаться еще несколько сотен собак и кошек. Кроме того, они боятся, что в течение этого месяца правление сада «Строитель-3» попытается что-то предпринять против животных Лисянской. Примечательно, что день назад, после съемки ее приюта, которую провел телеканал ТНТ, Николай Лактионов распорядился отключить Лисянской электричество и воду.

Анна КУРАКИНА, специально для Chelyabinsk.ru