Довели до суицида. В воинской части, в которой погиб солдат из Магнитогорска, царил беспредел

Как сообщает Znak.com, авиабаза №  88503 под Пермью в армейской среде печально известна бардаком. Мало того, его никто не может устранить десятилетиями. С указания и позволения младшего и среднего офицерского состава там царят скорее не военные, а тюремные порядки. Здесь за последние четыре года трагически завершили свою жизнь три призывника из Челябинской области – 20 августа 2013 года покончил с собой 19-летний Игорь Филичев из Златоуста, 20 апреля 2017 года – 21-летний Максим Михайлов из Карталов. Новая трагедия произошла 5 января 2018 года: 20-летний Рустам Авазов из Магнитогорска совершил суицид. Отметим, что командование Центрального военного округа официально заявило, что никакого физического насилия к срочнику не применялось. Этого и не нужно было – хватило полгода службы в нечеловеческих условиях.

В распоряжении издания оказалась информация из служебного доклада, составленного от имени командующего 14-й армией ВВС и ПВО генерал-лейтенанта Александра Татаренко на имя командующего войсками ЦВО по результатам разбирательства по факту гибели рядового Авазова. Картина, которую описывает автор заключения, не оставляет никаких вопросов.

Рустама Авазова призвали в армию 30 июня 2017 года из Магнитогорска. Парень успел окончить техникум и за две недели до проводов на службу сдать на права категории «В» и «С». Это позволило ему получить престижный для срочников допуск к управлению служебным транспортом.

Служить магнитогорца отправили на авиабазу в Большое Савино. Фактически сразу там начали происходить нарушения, достигшие апогея к Новому году. Больше месяца Рустама не назначали на воинскую должность – по уставу это должны были сделать в течение трех дней, как парень прибыл в воинскую часть.

Солдата допустили к работе на специальных автомобилях авиационного типа и в то же время назначили химиком-дезинфектором отделения роты охраны и радиационной, химической и биологической защиты. В октябре 2017 года его перевели на должность стрелка роты охраны. Но фактически юноша продолжал постоянно исполнять обязанности водителя. К слову, машину за ним не закрепили.

Вместе с Рустамом в подразделении служил срочник из Дагестана по фамилии Магомедов. Его призвали на несколько месяцев раньше. Он имел привилегированное положение и неофициальный статус «старшего в подразделении». Таким неофициальным статусом солдат наделяли офицеры части. Они следили за выполнением распорядка дня во взводе, чистотой в отделении, соблюдением воинской дисциплины военнослужащими. Это должны были делать военнослужащие по контракту.

В итоге, замещая должности штатных командиров, срочники устроили в части беспредел. Магомедов изначально невзлюбил Авазова, так как тот не всегда был готов подчиняться незаконным приказам южанина. Это продолжалось при полном попустительстве командования роты и командиров взводов.

Ко всему прочему практически через день Рустама Авазова отправляли в караул, тогда как сами «смотрящие» вообще избегали этого.

Рустам сходил к штатному психологу части. Тот констатировал, что срочник пребывает в очень нестабильном состоянии: у парня выявлена тревожность, низкая самооценка, значительное эмоциональное напряжение и депрессия. Врач составил заключение, в котором не рекомендовал в ближайшее время переводить его в другое подразделение, чтобы не усугубить нервное напряжение, и отпустил солдата.

Офицерский состав части, скорее всего, даже не читал заключение психолога и решил развести конфликтующих солдат по разным подразделениям. Авазова перевели водителем в группу газообеспечения, а Магомедова – в аэродромно-эксплуатационную роту: оба подразделения находятся на одном этаже переполненной казармы.

Личностный конфликт тем самым только усугубился. Рядовой из Дагестана в течение нескольких дней создал в батальоне атмосферу изоляции вокруг рядового из Магнитки. Моральная изоляция оказала разрушительное влияние на психику военнослужащего. Таким образом, причиной суицида стал нервно-психический срыв, обусловленный затянувшимся моральным давлением со стороны Магомедова, наличие неуставных взаимоотношений и непринятие командованием роты мер по наведению уставного порядка.

5 января случилась трагедия. Сомнений в том, что это было именно самоубийство – ни у кого нет.

Родные вместе с юристами правозащитной организации «У военнослужащих тоже есть права» будут добиваться возбуждения уголовного дела в отношении должностных лиц воинской части, попустительство со стороны которых и привело к трагедии. Примечательно, что нарушения выявило само командование ВВС и ПВО. Это позволяет надеяться на жесткую реакцию руководства Минобороны РФ.

Вчера, 10 января, в Магнитогорске прошли похороны Рустама. 100 тысяч рублей семье солдата выделил губернатор области Борис Дубровский. Ранее ход расследования уголовного дела взяла на контроль уполномоченный по правам человека в Челябинской области Маргарита Павлова.

Сейчас уже провели независимую экспертизу. Результаты будут известны через две недели. Маргарита Павлова уже прокомментировала промежуточные итоги: на теле нашли побои, что косвенно может свидетельствовать о том, что человека систематически доводили до самоубийства.

Дома у Рустама осталась 48-летняя мама, работающая поваром, отец – инвалид 2 группы и старшая сестра с мужем.