Браки «заключаются в полиции». Полицейские вступаются за сожительницу в борьбе с законной наследницей

Наследницей является родная дочь, которая и обратилась в нашу редакцию и рассказала эту историю. Противостоит ей гражданская жена. Казалось бы, история прозрачна и понятна. Но везде, где есть что делить, эта самая «дележка» и начинается – со скандалами, угрозами, обвинениями, а в нашем случае еще и с весьма странными обстоятельствами. Конфликт был бы чисто бытовым, если бы не особое доверие полицейских только к одной стороне.

Предыстория

В начале августа 49-летний предприниматель Андрей И.* (здесь и далее имена героев изменены) скоропостижно скончался, оставив весьма солидное и разнообразное имущество: квартиры, машины, банковские счета. Единственная на данный момент законная наследница – родная дочь умершего Софья.

Других детей у мужчины не было, мать он похоронил всего за несколько недель до своей смерти. В официальном браке в Магнитогорске не состоял, что подтверждается ответом из местного ЗАГСа. Он сожительствовал с женщиной по имени Илина, которая, как в сказке, после смерти возлюбленного вмиг невзлюбила «падчерицу» и стала всячески с ней бороться. Автоматически Софья унаследовала также имущество бабушки.

После похорон женщина не обратилась к нотариусу, а пошла другим путем. Перво-наперво она решила не регистрировать его смерть и не отдавать в ЗАГС его паспорт. Сотрудникам похоронного агентства объяснила это тем, что еще не завершила все дела. В это время дочка хлопотала и получала свидетельство о смерти, преодолевая бюрократические препоны.

Потом Илина попросила друзей «мужа» помочь ей вскрыть сейф, конечно же, подтвердив, что их брак был зарегистрирован. А в конце концов стала обвинять Софью в краже паспорта и свидетельства о браке. Причем, с помощью адвоката, с которым по «украденному» паспорту заключила договор через два месяца после смерти «законного мужа».

На Софью посыпались угрозы и обвинения. Илина обещала «посадить» ее и увещевала, что «наняла милицию». Сначала девушка отнеслась к словам соперницы несерьезно. Но потом у нее возникли к полицейским свои вопросы.

В тени погонов

Софья зарегистрировала смерть отца и обратилась к нотариусу. Там она узнала, что сожительница в наследственные права вступать не пыталась, хотя нотариус и поставила ее в известность о возбуждении наследственного дела.

Начав подозревать неладное, Софья стала разбираться с имуществом отца. Девушка пришла в гараж, поменяла замки. Прошло какое-то время и замки в присутствии председателя ГСК и сотрудника полиции поменяла с помощью специалистов Илина. Видимо им она представилась законной женой, то есть, и законной наследницей. Остается загадкой, какой год и какой ЗАГС Илина озвучила в поддержку своей версии – потому как и она, и ее адвокат на протяжении этого конфликта «переносили» и место, и дату свадьбы.

После этого инцидента из гаража пропали автомобильные колеса. Илина написала в отдел полиции заявление о краже. Софья сделала то же – колеса ведь пропали после смены замков. Но полицейские не осматривали место происшествия и вообще не совершали ничего похожего на оперативно-разыскные мероприятия. Следом Софье пришлось заявлять и о других странностях: история один в один повторилась с садом умершего, из квартиры бабушки пропали шубы и драгоценности, а с банковских счетов стали пропадать деньги – о чем ее, как наследницу, уведомили сотрудники банка. Вскоре через нотариуса пришло подтверждение этой информации – почти два миллиона рублей были переведены на другие счета.

Помимо прочего, Илина представилась собственницей и стала сдавать не принадлежащие ей квартиры. Когда Софья заявила об этом в полицию, правоохранители вызвали арендаторов на допрос, узнали, что Илина попросила деньги за оплату услуг ЖКХ, сославшись на то, что после смерти мужа нет средств. В доказательство своих слов женщина предоставила доверенность на пользование недвижимостью. Полицейские состава преступления не нашли. Прокуратура после обращения Софьи сочла объем проверки недостаточным и вернула материалы в полицию. 

И опять – никаких проверок полицейские не провели. С чем позже согласилась прокуратура Ленинского района. Выяснилось, что полиция заявление Софьи направила почему-то в Следственный комитет.

Зато во вскрытии сейфа, в котором лежало охотничье оружие, полицейские поучаствовали активно. Человек умер – оружие надо изъять, все верно. Но наследницу на процедуру позвать забыли, тогда как в сейфе помимо снастей для охоты могли быть другие ценности.

Еще не все

И, наконец, еще пара странностей – после смерти Андрея две его машины переоформили на зятя Илины. Одну – на следующий день после смерти. Другую – после похорон. Якобы по договору купли-продажи. Был у умершего еще мотоцикл, о котором неожиданно вспомнил другой «покупатель». Мужчина позвонил Софье и потребовал отдать ему байк. После ее отказа он написал заявление в полицию. Проверка показала, что договор был подделан.

Кроме того, к дочке стали обращаться люди, требуя отдать им занятые Андрею до смерти средства.

Казалось бы – обычный бытовой конфликт на почве спора о наследстве. Но то тут, то там появляются сотрудники полиции, которые упорно встают на сторону сожительницы умершего, называя ее «женой». На одни и те же заявления – от дочки и сожительницы – реагируют по-разному; дочкины – игнорируют.

Прокуратура постоянно отменяет постановления об отказе полицейских возбуждать уголовные дела. По сути, надзорный орган этим демонстрирует систематическое бездействие полиции. Однако и после вмешательства уголовные дела не возбуждаются. Возникает вопрос: подобный стиль работы присущ магнитогорской полиции всегда? Или же связан с конкретным кругом лиц? И правда ли слова Илины о том, что она «наняла милицию»?

С одной стороны, понять правоохранителей можно – они просто делают свою работу, или не успевают её делать. А тут две женщины, которые что-то делят и о чем-то спорят. И в подробности вдаваться не хочется: эта – жена, та – дочка, сами, думают, разберутся. Но почему-то одной доверия оказывается больше. А как иначе объяснить, что несуществующий брак полицейские считают самым что ни на есть настоящим?!