12 месяцев. Сказка о были. Часть третья

Месяц третий. Март

Дружелюбное хоккейное войско Горячего Карри, облачившись в стальные латы, ринулось в ледовое побоище. Город получил новое зрелище, морозы отступили, жизнь начала налаживаться. Как вдруг в штабе терпящей бедствия армии Кима решили поменять тактику, начав забирать желтых коней супостатов и свозить их в отстойник. Тем самым вече надеялось сломить несломленное доселе ополчение Яла-нелегала. Но ополченцы решили идти до конца. Подсобил им депутат боярской думы законник Краш, обозлившийся на попрание права в Магнитогорске и выступивший на стороне добра. Подсобили им видеолетописцы из Москвы, подсобили им подданные вече магнитогорского, вышедшие к часовой башне. Весы правосудия также качнулись в эту сторону и заявления церемониймейстера МАО о «белых перчатках» уже никто не слушал. Войско принца Кира в марте было обречено на поражение, но капитулировать отказывалось.

Однако городу уже все стало понятно, и он переключился на другие проблемы. Тех, кто с культурою дружит, взволновал переезд Пана Досса в центр губернии. Боялись они, что не будет больше «Грозы» и начнется засуха театральная. Тех, кто любит постановки, побаловали прямой линией Мудрого ТЕНа, который впервые за долгое время вышел в люди. Но не это больше обсуждали, а исход из Магнитогорска питерцев. Шестиглазый Кронверк закрыл свои очи, но ослепнуть ему не дали местные толстосумы. Беды не случилось, и люди кинулись обсуждать приезд царя, который царем-то и не являлся, но назывался. Лжецарь Дмитрий под конец месяца решил в Магнитогорске провести большое собрание со своей свитой, чем очень взволновал местное вече. Люди в желтых одеждах наводнили город и начали чистить, тереть, мыть и красить. Магнитогорск резко преобразился, но Лжецарь Дмитрий этого не оценил, провел со свитой совещании на тему чудного слова «модернизация», собрался и улетел обратно в свои покои, даже не взглянув на хозяйство мудрого ТЕНа. Хотел было Лжецарь Дмитрий заехать на битву войска Горячего Карри с дружиной Богатого Быка, но не позволила стража. А зря.

Продолжение следует...