Об опасностях и спасительном «Скайпе». Бойцы ОМОН вернулись из Ингушетии

К встрече готовы!

День десантника шел в обычном режиме «от мероприятия до мероприятия», пока не раздался звонок от сотрудницы пресс-службы полиции Марии Морщакиной.

«Наши сегодня из Ингушетии поедут, встретить хочешь? Выезд в ночь».

«Конечно!» - отвечаю, не раздумывая, только потом подумав о последствиях: близкие будут волноваться, коллеги у виска покрутят. Так и вышло:

«Вот вы отчаянные девчонки», - эти слова нам с Марией пришлось слышать всю ночь. Удивленно качал головой, смотря на невыносливых девушек, даже командир ОМОНа полковник Сергей Ковелин.

«Да я ж не думал, что согласитеcь. Сумасшедшие вы. А как мужья-то реагируют?».

Сергей Эдуардович, поудивлявшись, перешел к активным подколам:

Шутковать Ковелин продолжает всю дорогу до базы отряда. Там переходит на более серьезный тон:

«Вот моя машинка стоит, - указывая на скромную деcятку, выдает главный ОМОНОвец, выходя из «Хендай Соната», как выяснилось, служебной. – И пусть хоть что говорят, я на этой машине всю Россию прошел! У нас же многие думают, что мы тут деньги лопатой гребем, ну-ну».

На базе мы ждем Вилора Шерстнева – отца погибшего в 2000 году магнитогорского омоновца Владимира Шерстнева, который в особом представлении не нуждается, кто в теме, понимает. «Дед», как называют его в отряде, стал уже талисманом таких поездок – каждый раз ездит встречать бойцов. Потеряв сына, Шерстнев, кажется, по-отечески относится к каждому служащему.

Не женское это дело!

Мы едем по темной дороге. Впереди колонны - машина сопровождения ГИБДД. В нос бьет резкий запах гари: «Все леса уже сгорели», - с сожалением констатируют попутчики. Не стесняясь автомобиля Госавтоинспекции, нашу колонну обгоняют легковушки и автобусы.

Ночь, один термос с кофе, и две остановки за всю дорогу без возможности заснуть в машине. Маша шутит: «Будем привыкать к спартанским условиям, тренировать выносливость».

В поисках десятиминутного отдыха останавливаемся у заправки.

Сергей Ковелин рассказывает нам о трудностях жизни ОМОНа и внимательно смотрит на реакцию – испугаемся или нет. «У нас с собой спальники и пенки. Утром просыпаемся - минус 15! Ууух! Так что сейчас не холодно еще, не дрожите».

В Челябинск приезжаем заранее. Нас оставляют в ГАЗели (баба с возу?), Ковелин уходит осматривать вокзал. Мы времени зря не теряем, делимся впечатлениями:

«Нет, все-таки чисто мужская это работа – полиция. Выносливость нужна, моральная подготовка», - с задумчивым видом приходим мы к этому выводу. По рации комвзвода вызывает командир ОМОН – «Там девочки наши живы еще? Передвигаются? Ну, пусть тогда ко мне подходят».

Все живы, все здоровы

Поезд прибывает в 04:40. Встречать магнитогорцев приходят заместитель начальника полиции ГУВД по Челябинской области полковник Сергей Резвый, начальник управления по работе с личным составом ГУ МВД России полковник полиции Игорь Литвинов, начальник управления вневедомственной охраны Константин Ржанников. Все – давние знакомые Сергея Ковелина. Впятером они пытаются угадать платформу.

«Как они едут?»

«Транзитом. В прицепном вагоне из Минвод».

Громким гудком поезд извещает о прибытии и останавливается. Из последнего вагона, по команде Сергея Ковелина, выходят бойцы. Первым делом выгружают оружие и строятся. Торжественная часть занимает всего пару минут: разумеется, никакого намека на телячьи нежности здесь быть не может. Еще предстоит путь до Магнитки…

«Как прошла служба?», - спрашиваем младшего лейтенанта Максима Копач.

Его сослуживец Владимир Малашта добавляет: «Местные жители тоже нас тепло встречали. Негатива не было». Полковник Ковелин потом поясняет: Владимир – потомственный ОМОНовец – пошел по стопам отца.

Расспрашиваем заместителя начальника ОМОНа подполковника Константина Чешева:

Службу бойцы несут секретную, особо не распространяются, поэтому на подробности мы и не надеемся.

Рассаживаемся по местам. Командировочные садятся в автобус. Двери небольшие, но мужчины «пролезают». Ковелин шутит:

Возвращаемся в Магнитку. Там, на базе ОМОН, мужчин еще раз построят и поздравят. Главное, что их будут ждать их семьи.

Хоть доступ в Интернет вряд ли заменит им нормальный человеческий отдых, те, с кем нам удалось пообщаться, относятся к своей службе по-философски: «Служим Отечеству ведь», дескать, можно и потерпеть ради почетной миссии…