В КПК тоже плачут. Директор микрофинансовой организации не смогла получить зарплату за год даже через суд

По словам жительницы Магнитогорска, назовем ее Ириной, в 2014 году ее приняли на должность директора КПК и заключили с ней трудовой договор. Однако за период с сентября 2014 года по ноябрь 2015 года женщине не выплатили зарплату. В результате, посчитала она, ей причинили моральный вред в размере 10 тысяч рублей. В связи с этим горожанка обратилась в суд и иском к КПК, потребовав взыскать с организации задолженность по зарплате и компенсацию морального вреда. 

Представитель КПК в свою очередь сообщил, что работодатель лично не подписывал трудовой договор с Ириной и по поручению председателя правления организации женщину не допускали к работе. Она не осуществляла никаких трудовых функций и не подчинялась внутреннему трудовому порядку. Кроме того, в период с сентября 2014 года по ноябрь 2015 года Ирина состояла в трудовых отношениях с КПК из Екатеринбурга и, если и выполняла какую-то работу, то в рамках заключенного трудового договора с данной организацией. 

Суд установил, что Ирина действительно была принята на работу в КПК в Екатеринбурге на должность директора в Уральском регионе с постоянным местом работы в Магнитогорске. В документе также были установлены ее ежемесячное вознаграждение и переменная премиальная часть в сумме до 200% оклада. 

Также суд выяснил, что КПК зарегистрирован в сентябре 2014 года в Магнитогорске, включен в Единый государственный реестр юридических лиц и сейчас находится в стадии ликвидации, причем ликвидатором является Ирина. 

Между тем, согласно заключению эксперта, подпись в трудовом договоре, заключенном с Ириной, выполнена не председателем правления КПК, а тем же человеком, который расписался в этом документе от имени Ирины и написал заявление от имени Ирины в пенсионный фонд. Более того, несмотря на предоставленный суду протокол общего собрания членов КПК, на котором Ирину избрали и утвердили на должность директора с правом открытия расчетного счета, этот документ с достоверностью не подтверждал, что женщина выполняла трудовые обязанности в магнитогорском КПК. 

По словам Ирины, ее местом работы являлся офис на проспекте Карла Маркса — то самое место, которое указано в договоре, заключенном с КПК из Екатеринбурга. Однако из-за того, что с магнитогорским КПК у женщины в действительности не было трудового договора, установить объем ее должностных обязанностей, режим рабочего времени, время отдыха, размер должностного оклада, подчинение внутреннему трудовому распорядку не представляется возможным. Суду также не предоставили сведения о начислении зарплаты в спорный период времени. Кроме того, в КПК нет утвержденного штатного расписания, так как официальная численность его работников равна нулю. Данное обстоятельство подтверждено данными из налоговой инспекции и пенсионного фонда. 

Суд посчитал, что факт осуществления Ириной трудовой деятельности в должности директора магнитогорского КПК является недоказанным, а значит, что трудовой договор следует признать незаключенным. 

Рассмотрев все обстоятельства дела, суд отказал Ирине в иске о взыскании задолженности по зарплате и компенсации морального вреда, удовлетворил встречный иск КПК к Ирине о признании трудового договора незаключенным и взыскал с женщины 6 тысяч рублей в счет оплаты государственной пошлины.

Решение не вступило в законную силу.