«Времени меньше, чем на обед!». На осмотр пациента терапевтам предлагают давать 15 минут

По задумке Минздрава, участковый врач-педиатр, как и терапевт, потратит на первичного пациента 15 минут, семейный доктор – 18, невролог – 22 минуты, отоларинголог – 16 минут, офтальмолог – 14, акушер-гинеколог – 22 минуты. На домашний вызов выделено полчаса с учётом дороги.

Несмотря на то, что пока это лишь рекомендации, поликлиники попадают в трудные условия, которые скорее похожи на строгий тюремный режим, чем на оптимизацию процесса. Вопреки расхожему мнению, страдает от этого не только пациент, но и сам врач. Главным образом, проблема затронет терапевтов, ведь именно они принимают самый большой, первичный поток больных, далее распределяя их по узким специалистам.

Заведующая терапевтическим отделением одной из городских поликлиник утверждает, что такая схема сильно расходится с той, которой врачей обучают в институтах.

В министерстве здравоохранения полагают, что рациональная организация труда и оснащение рабочих мест компьютерами облегчит работу врачей. Однако во многих кабинетах поликлиник не то что компьютеров, но и стульев нормальных нет.

Сейчас терапевты за те 15 минут не успевают даже половины и выписывают всем одни и те же лекарства от одних и тех же самых распространённых болезней. Особенно, если речь идёт о людях пожилых, которые не всегда могут быстро раздеться и связно рассказать о своей проблеме. Чаще всего ошибка обнаруживается уже при госпитализации, после чего тот самый терапевт считается виноватым. Да, безусловно, он не доглядел, но рамки…

Здесь Минздрав также даёт оговорку, мол, документ утверждает средненормативное время, и врач сможет регулировать его сам, кому-то уделяя чуть больше, а кому-то меньше. Однако сами медики заверяют: самовольно увеличить минуты приёма они не могут, так как один кабинет на день выдаётся нескольким врачам разных участков, которые сменяют друг друга в определённый час. Также мешает та самая «рекомендуемая» норма по количеству пациентов, которых обязан принять за время своей работы каждый из этих докторов. Если врач не успеет, то денег он недополучит, к его зарплате применят понижающий коэффициент. Отсюда вытекает ещё одна проблема нашей медицины: если врач недополучит денег, он, скорее всего, уйдёт в частную клинику, что и происходит в последнее время всё чаще. А ведь есть экстренные больные, которые проходят без очереди и отнимают иногда и по часу времени. Теперь не удивительно, когда в регистратуре поликлиники говорят, что офтальмолог здесь больше не принимает.

Вот и получается, что врачебный конвейер постоянно даёт сбои, и пусть даёт, лишь бы вообще был. Врачей убывает, пациентов, учитывая новых и недолеченных, прибывает, времени на их приём всё меньше. Вопрос о качестве медпомощи в таких условиях отодвигается на второй план.

Что касается узких специалистов, у них всё также строго. Но, по словам пульмонолога одной из городских поликлиник, он сам в зависимости от сложности ситуации может решить, потратить на конкретного человека с проблемой рекомендуемые 15 минут или необходимые полчаса. Его из кабинета, в отличие от терапевтов, никто не выгоняет. А вот дерматолог совсем не так оптимистичен. Ему приходится приглашать пациентов на платный приём в частную клинику, потому что даже за 20 минут в бесплатном кабинете провести полноценное обследование, выявить диагноз и прописать грамотное лечение не получается, а платно он может потратить на человека целый час. И это не попытка нечестно обогатиться, что подтвердит любой пациент, побывавший на приёме: даже за полчаса до конца работы очередь у кабинета выстраивается огромная, и каждый пришедший человек имеет проблему, требующую немедленного решения.

Это всё о больных людях, но есть ещё те, кто желает проходить профилактические осмотры. На данный момент таких пациентов в больницах очень мало, и, прямо говоря, места им там нет.

Пока неизвестно, чем закончится обсуждение проекта, но ясно, что и без него медицина – это проблемное место нашего государства.