Авторитет на воле

Отставка «по-плохому», выход из «Единой России», публикация письма президенту с критикой в его адрес, намеки на продолжение борьбы за возвращение выборности губернаторов — все это вроде бы говорит в пользу Лужкова как политика, который теперь либо самостоятельно, либо в коалиции с какими-нибудь из имеющихся движений продолжит карьеру.

В его пользу говорят годы серьезного аппаратного веса и опыт противостояний с самыми разными силами. Бывший мэр — не только крепкий хозяйственник, но и опытный политический боец, получивший закалку в сражениях последних советских лет и «лихих 90-х». Он научился держать удар в столкновениях с ГКЧП, Верховным советом образца 1992-1993 гг., публичных и подковерных схватках с Кремлем и Старой площадью в конце 1990-х. Выход Лужкова из «Единой России» вряд ли скажется на его популярности. Это скорее удар по репутации партии, которая после нескольких громких фраз в защиту одного из отцов-основателей послушно проглотила его травлю и в худших традициях ВКП(б)-КПСС приветствовала отставку.

На его стороне — традиционная российская жалость к гонимым. Не только в России, но и на постсоветском пространстве любят «несправедливо обиженных» сановников. Отстранение от должности стало трамплином для взлета Виктора Ющенко, Юлии Тимошенко, Михаила Саакашвили и Розы Отунбаевой. Обида Лужкова усиливается оттого, что его Москва была опытным полигоном для властных технологий, распространенных затем кремлевскими учениками на всю страну: московская система власти оттеснила граждан от участия в управлении, нивелировав значение института выборов и уничтожив контроль общества за исполнительной властью.

Это удалось в том числе благодаря политике социального патернализма: «мэрским» надбавкам к пенсиям, зарплатам врачей и учителей, жалованью милиционеров. Может быть, это привлечет к фигуре Лужкова миллионы бюджетников и пенсионеров?

Наконец, Юрий Лужков — это бренд, это одна из самых узнаваемых и харизматичных фигур в российской политике.

Однако перспективы его политической карьеры имеют серьезные ограничения. Сотрудничество с какой-нибудь из думских партий практически исключено.

Из «Единой России» он вышел, со «Справедливой Россией» и ЛДПР отношения испорчены. КПРФ была всегда относительно лояльна к Лужкову, но увольнение мэра Кремлем фактически с «волчьим билетом» — достаточно серьезный фактор, чтобы бояться за свое партийное будущее. Все зависимые от власти организации будут учитывать это, как и то, что продолжение антилужковской кампании в СМИ вполне реально — теперь уже не как сигнал мэру об уходе, а как сигнал оставшимся с Лужковым не работать.

Представители несистемной оппозиции тоже открестились от сотрудничества с Лужковым, что логично — именно они наиболее активно и последовательно его критиковали, именно их «отоваривали» дубинками на Триумфальной.

В принципе, Лужков может заняться созданием своего самостоятельного политического движения. Но в предыдущей жизни он занимался такими вещами исключительно с помощью административного ресурса. Теперь инструменты мобилизации у него отобрали. Что он сможет без них и в условиях постоянной угрозы юридического преследования?

Это все не значит, что его политическая карьера кончена. Просто для ее продолжения Лужкову придется «сойти в ад» и начать все сначала. Кстати, хорошая возможность начать — опротестование увольнения в суде. Лужков может оспорить свою отставку в Верховном суде в течение 10 дней со дня публикации указа президента. Суд согласно 6-му пункту 29-й статьи закона «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» должен рассмотреть иск в 10-дневный срок. Рассмотрение «дела Лужкова» в двух инстанциях из-за представления доказательств правоты обеими сторонами может затянуться на несколько недель или даже месяцев. В публичных баталиях с представителями Кремля на судебной трибуне можно попробовать выковать новый авторитет. Взамен утраченного.