Еще одно «не место для дискуссий»

Обычно, когда в законопроектах появляются такие формулировки, жди неприятностей. Ранее многие граждане находили защиту своих прав в КС, который нередко вставал на их сторону, признавая неконституционными те или иные законодательные нормы. Теперь ситуация может существенно ухудшиться.

Ключевое положение законопроекта — вовсе не отмена (что, в отличие от других положений, уже обсуждалось в СМИ) предельного возраста пребывания в должности председателя Конституционного суда (сейчас — это 70 лет). И не прекращение полномочий председателя КС и его заместителей только по представлению президента: на защиту прав граждан эти изменения никак не влияют. Куда важнее другие предложения. Например, по сути, «коррекция» конституционной нормы о том, что проверяет КС, и как следствие — ограничение возможностей граждан обращаться за защитой своих прав.

В части 4 статьи 125 Конституции сказано, что КС «по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан и по запросам судов проверяет конституционность закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле». То же самое сейчас написано и в законе о КС. При этом под «конкретным делом» имеется в виду «дело, рассмотрение которого завершено или начато в суде или ином органе, применяющем закон».

Предлагается, казалось бы, малозаметное изменение: написать, что по жалобам граждан КС, во-первых, проверяет только конституционность закона, уже примененного (но не «подлежащего применению»!) в конкретном деле. А, во-вторых, закон должен быть «применен в конкретном деле, рассмотрение которого завершено в суде».

Что это значит? Во-первых, граждане не смогут обращаться в КС, если спорный, с их точки зрения, закон применен в еще не завершившемся судебном процессе (сейчас они могут это сделать, если дело уже принято в суде к рассмотрению или судебный процесс еще продолжается). А во-вторых, нельзя будет оспорить конституционность закона, который применен не судом, а другим органом. Например, избирательной комиссией, отказавшей в регистрации кандидату или партии, или инициативной группе по проведению референдума. Также не будут подлежать проверке Конституционным судом нормы УПК в части, относящейся к расследованию уголовного дела, — до тех пор, пока это дело не прошло через суд. Или нормы законов, примененные налоговой или таможенной службой, и, по мнению граждан, нарушающие их права. И так далее.

Другое положение законопроекта уменьшает степень гласности заседаний Конституционного суда. Сейчас, согласно статье 31 закона о КС, все дела рассматриваются открыто. И теоретически любой гражданин может попасть на заседание, где решается вопрос о принятии его жалобы. Теперь открытыми будут только те дела, по которым проводятся слушания.

Наконец, третье изменение: отменяются такие понятия, как «палаты КС». Поясним: КС состоит из 19 судей, которые образуют две палаты: 10 и 9 судей соответственно. При этом каждая из палат может рассматривать большой круг дел, а в пленарных заседаниях (когда собираются все 19 судей) КС рассматривает только некоторые вопросы. Проверяет конституционность уставов субъектов Федерации и конституций республик, дает толкование российской Конституции, дает заключение о соблюдении установленного порядка выдвижения обвинения президента РФ в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления, принимает послания КС и выступает с законодательной инициативой. Все остальное — компетенция палат. Их упразднение означает, что все дела КС будет рассматривать только в пленарных заседаниях, а это, как представляется, серьезно (как минимум вдвое) замедлит конституционное судопроизводство.

«Проект существенно меняет не только концепцию закона о КС, — говорит известный юрист, депутат Госдумы в 1995—2007 годах, член Комитета ГД по конституционному законодательству и государственному строительству Сергей Попов. — Он вносит заметные изменения в судебную систему в целом. Некоторые положения законопроекта, на мой взгляд, дискуссионны. Например, введение дополнительных ограничений для жалоб, направляемых гражданами в КС. Казалось бы, где как не здесь профильному комитету провести парламентские слушания? Но Комитету по конституционному законодательству и государственному строительству хватило двух минут на рассмотрение законопроекта на своем заседании! Похоже, в Госдуме не только зал пленарных заседаний не место для дискуссий».