В Интернет пришла цензура

Комментируя проведение гей-парадов на Западе, журналист выразил надежду, что «такой мерзости в России не будет никогда». «Такой «свободы и демократии» мне не надо», — заявил он. Кроме того, Троицкий признался, что «поневоле думает» о бомбе, которая убивала бы только геев. Впрочем, позже он написал, что «это была метафора, шутка, неудачная, глупая», и сформулировал свою позицию более толерантно: «Я не делю людей по признакам сексуальной ориентации, национальности, цвета глаз или размера ушей — если люди ведут себя прилично. Я не вижу смысла в гей-парадах, о чем сказал сегодня в эфире Русской службы новостей, но ничего не имею против них, если их участники ведут себя прилично и нормально. Пусть пройдут 100 человек с плакатами в защиту однополых браков или чего-то там еще... Они меня не интересуют».

Зато эта история сильно заинтересовала других блогеров, которые разделились на 2 лагеря. Одни считают, что увольнение идет вразрез со свободой слова, другие убеждены, что с гомофобами так и следует поступать.

Между тем, блогер Unilevel предлагает посмотреть на ситуацию в более глобальном ключе. «Судя по тому, что я читаю в блогах о случае с Николаем Троицким, многие просто ещё не поняли, что произошло. Какой чудовищный прецедент создан. К этому ни сексуальные меньшинства, ни конкретно сам Троицкий отношения уже не имеют», — пишет она.

По мнению Unilevel, блогосфера окончательно перестала быть частным делом. Указывать в личном блоге даже часть реальных данных — имя, фамилию, место работы — отныне небезопасно. В блогах теперь действует правило следственного изолятора: любые ваши слова могут быть обращены против вас.

«Либеральная часть известных блогеров де-факто приняли на себя функции «полиции мысли» в блогосфере, приравняв высказанное слово к деянию, за которое могут наказать без суда... Вдобавок, отныне всем дали ясно понять, что быть в государственном мейнстриме можно только при абсолютной лояльности к сексуальным меньшинствам. Поскольку такая лояльность действительно не является распространенной в российском обществе, можно сказать, что закончились последние остатки демократии. Мнение большинства государство не волнует. И это было продемонстрировано со всей отчетливостью», — пишет блогер.

«Складывается удивительная ситуация, — отмечает Unilevel.  — «Противники и борцы с режимом» пользуются удивительной благосклонностью этого самого режима. Они входят в пулы кремлевских фотографов, с ними встречаются высокопоставленные лица вплоть до президента, они работают в государственных изданиях, занимают высокие посты. Собственную безнаказанность «либеральные хунвейбины» ощущают прекрасно. Они понимают, что сами могут по-прежнему говорить где угодно что угодно без каких-либо последствий».

Кроме того, обращает внимание блогер, вновь в ходу анонимные доносы: любой, подписавшийся «доброжелателем», может сигнализировать инстанциям — сигнал будет принят вместе с мерами (конечно, только в том случае, если это правильный сигнал).

«Общие выводы такие. Цензура теперь массово пришла и в Интернет. Репрессии по отношению к инакомыслящим будут осуществлять современные «пламенные комсомольцы»... Само собой, та машина, которую они сегодня начинают строить, со временем съест и их самих», — резюмирует Unilevel.