Понять происходящее

Сегодняшняя редакционная статья "Ведомостях" называется "Раздел медведя".

Владимир Путин слетал на Землю Франца-Иосифа и окольцевал белого медведя. Конечно, можно считать это действие символическим — все-таки лидер партии «Единая Россия» должен быть с медведями на короткой ноге. Но, пожалуй, больше оснований считать действие премьера техническим и относящимся к устройству работы правящего тандема. Путин прибыл в Арктику, заявил о коренных арктических интересах России, подкрепил заявление визитом на погранзаставу за 10 дней до того, как президент Медведев договорился с Норвегией о разделе спорных арктических территорий. А в публичное пространство новость попала только вчера.

На Украину президенты слетали по очереди: Медведев подписал соглашение «газ в обмен на флот», а Путин затем предложил Януковичу расширительное толкование этого соглашения. Президент и премьер практически слово в слово пообещали найти и уничтожить террористов, устроивших взрывы в московском метро. Путин лично возглавил правительственную комиссию по высоким технологиям и инновациям, созданную через несколько месяцев после аналогичной президентской. Медведев отругал вице-премьера Козака за рост стоимости услуг ЖКХ — Путин отругал вице-премьера Козака за рост стоимости строительства. И так далее.

Что это? Ревность? Обоюдное стремление лично контролировать важные темы? Важные с точки зрения властного самоутверждения и (как производное) с точки зрения медийной. Такое вполне может быть, если предположить, что Путин и Медведев пока не поделили роли на выборах 2012 г. и поэтому каждый должен держать себя в политическом тонусе.

С другой стороны, совершенно не важно, решили они что-то про выборы или нет. Конструкции правящего тандема изначально присуща искусственность, избыточность власти. Даже если Медведев — временная фигура, Путину нужно одновременно поддерживать миф о президенте Медведеве (как бы настоящем, а на деле игрушечном) и миф о себе как о настоящем президенте, который скоро снова займет свое место.

Медведев ведет себя как президент, потому что он президент. А Путин — потому что он как президент. Получается, что им тесно на одной поляне. Ну или на льдине.