История в \

Баба Нина была удивительным рассказчиком, но частенько, слушая её истории, я ловил себя на мысли, что она разыгрывает слушателя. Или проверяет его. К примеру, однажды холодным зимним вечером, когда мы с ней вдвоем сидели в ее крохотной кухне, курили, пили чай с печеньем и каким-то варением и вели неспешную беседу, она, повествуя о себе, вдруг сказала, что приходится не только землячкой великому Гоголю, но и состоит с ним в дальнем родстве. Я не знаю, какие эмоции отразились на моем лице: сказать, что я просто удивился, было бы не совсем точно, но почему-то поверил я ей безоговорочно. И даже сказал, что между ними портретное сходство, несомненно, есть и это её очень развеселило. Тогда сразу я не обратил на её реакцию особого внимания, но чуть позже подумал, что это было очень похоже на розыгрыш с её стороны. Наверное, это так и было, хотя сейчас вспоминая рассказанные ею истории, которые тогда про себя я называл "бабушкиными сказками", я убеждался потом, что выдумками в полном смысле этого слова они не были. Разумеется, они были невольно приукрашены рассказчиком, а какой рассказчик этого не делает, тем более, если сам он человек творческий? Но были они интересны, и на одной из таких историй, рассказанных мне Ниной Георгиевной, хочется остановиться немного подробнее.

Не помню уж точно, как именно складывалась наша беседа, но говорили мы в тот раз и о поэзии, и о музыке, и о городах, и о людях. И вот как-то мы вспомнили нашего общего знакомого - магнитогорца Владимира Панова, который заканчивал тогда Ленинградскую консерваторию и, если я не ошибаюсь, в качестве дипломной работы написал музыку на есенинского "Черного человека". И тут баба Нина рассказала мне историю о некоем ленинградце по имени Поль Марсель, который после отсидки в сталинских лагерях попал уже после войны в Магнитку. И был этот самый Поль Марсель не кем-нибудь, а известным музыкантом, сокурсником и другом Дмитрия Шостаковича, автором музыки к знаменитой песне "Дружба" (помните, "давай пожмем друг другу руки и в добрый час на долгие года"?) Словом, Поль Марсель был человеком хорошо известным в артистической среде Ленинграда. Конечно, точный рассказ бабы Нины сейчас дословно мне воспроизвести не удастся, но картина, нарисованная ею, получилась очень яркой.

1925 год. Ленинград. Набережная канала Грибоедова недалеко от гостиницы "Англетер". Дует холодный декабрьский ветер, но большая группа хорошо, или даже щегольски одетых, подгулявших молодых мужчин и женщин этого ветра не замечает. Они шумно балагурят в ожидании одного из своих знакомых. Кто-то из них курит, кто-то спорит, кто-то пьет шампанское прямо из горлышка бутылки, кто-то целуется. И вот со стороны Невского проспекта появляется он. Молодые люди приветствуют его радостными возгласами, а затем дружно декламируют импровизацию "Мы все очень окосели, в ожидании Поль Марселя!". Происходит радостная встреча друзей. Но постепенно шум и гам смолкают, и чей-то женский голос взволнованно просит какого-то Сережу прочесть его новые стихи. И русоволосый поэт читает "Друг мой, друг мой, я очень и очень болен"...

Рассказывая эту историю, баба Нина тогда сослалась на слова самого Поля Марселя. И я спросил её, что же там было после слов "Голова моя машет ушами, Как крыльями птица"? А там было, если тот самый Поль Марсель не ошибся, "Ей на шее ноЧи, Маячить больше невмочь". То есть не "ноГи", как утверждают многие литературоведы, а "ноЧи", что, конечно, более логично.

Тогда я спросил Нину Георгиевну, почему бы ей об этом не написать? Она ответила коротко, что вряд ли кто-нибудь прислушается к её мнению со ссылкой на устный источник.

Об этой истории с есенинской поэмой, о человеке с интересной биографией и с необычным именем Поль Марсель, я вспомнил, когда писал небольшую заметку к 95-летию Н.Г. Кондратковской.

И сейчас я наконец-то нашел точные данные не только о том, что Поль Марсель был другом Дмитрия Шостаковича и Сергея Есенина, но и о том, что был он любовником Клавдии Шульженко и шурином Даниила Хармса.

А когда уже после войны и лагерей Поль Марсель жил в Магнитке, за его женой, которая была на 20 лет младше его и работала в Магнитогорском цирке, ухаживал сам Леонид Броневой.

Интересно? А если бы не баба Нина с её "сказками", вы бы об этой страничке истории Магнитки могли и не узнать.

Спасибо вам еще раз, Нина Георгиевна!

Сергей Хвостовец