Автограф Ботвинника

Это произошло 5 июля 1964 года в Челябинске. Я оказался там, прибыв из Магнитогорска в командировку по совсем другой линии. Не шахматной. И вдруг узнаю: сюда приехал Михаил Моисеевич Ботвинник, приглашённый в областной центр местной организацией приверженцев Каиссы. Приехал с целью провести ряд сеансов одновременной игры. Захотелось, естественно, побывать на таком мероприятии, хоть краем глаза взглянуть на легендарного гроссмейстера. Об участии в сеансе я не мог и мечтать, понимая, что места на поединки с экс-чемпионом мира (Ботвинник незадолго до приезда в Челябинск потерпел поражение в матче с Тиграном Петросяном) уже давно и прочно распределены.
Однако годом раньше этого события мне довелось стать чемпионом Челябинской области по шахматам, да к тому же в турнире с участием не по дням, а по часам прогрессировавшего Анатолия Карпова, и хотя к моему чемпионскому званию уже успела прикрепиться приставка "экс", это обстоятельство неожиданно мне помогло.
И попал я, благодаря местной шахматной знаменитости Ольге Ивановне Стреловой, не просто на массовый сеанс, но - на сеанс с часами, который Михаил Моисеевич дал сильнейшим кандидатам в мастера областного центра. Добрейшая Ольга Ивановна, увидев меня во Дворце железодорожников, где всё это происходило, каким-то чудом сумела выбить одно место для магнитогорца.
Откровенно говоря, никакой особой интриги в моём участии не было: партию экс-чемпиону мира я благополучно проиграл. Однако в ходе поединка был щекочущий нервы момент, когда результат противоборства мог быть и иным!
Об этом сказал, делая после сеанса обзор партий, сам Михаил Моисеевич со сцены железнодорожного дворца. Он отметил, что партия его с магнитогорцем при правильном её с моей стороны ведении должна была окончиться вничью, но грубый просмотр с моей стороны привёл к тому, что пол-очка я упустил.
А в ходе этого поединка легендарный маэстро очень быстро меня переиграл, получив уже по дебюту практически подавляющее позиционное преимущество. Но сеанс есть сеанс, а тем более с часами. Добившись выигрышного положения, экс-чемпион мира отказался вдруг от сильнодействующих средств, решив дожать противника постепеннно. И противник (то бишь я) уготовил гроссмейстеру хитрую ловушку, в которую он неожиданно попался. Я пожертвовал партнёру качество, получил за него две здоровых пешки и очень перспективную позицию.
И тут мой грозный противник, поняв, что угодил в неприятную ситуацию, вдруг взял стоявший чуть поодаль стул и сев напротив меня, стал обдумывать положение.
И я... от этого обалдел! Это же невероятно - напротив меня на расстоянии полуметра сидит человек-легенда, поражавший Алёхина и Капабланку, Ласкера и Эйве, неоднократный чемпион СССР, победитель эпохальных международных турниров.
У меня... закружилась голова.
И когда Ботвинник, сидя напротив как-то по-домашнему, в подтяжках, сделал ход, я неожиданно для себя тут же ответил. Не думая. До сих пор не ведаю, как это произошло...
И ответ мой был ну ни к чёрту не годящимся. Я просто-напросто сделал глупейший ход.
Михаил Моисеевич (как сейчас вижу) выразил на лице крайнее удивление и, не отойдя к другим своим противникам, нанёс по моей позиции сокрушительный удар. На том дело и кончилось. Я тут же сдался.
...Слова пятого чемпиона мира, сказанные по поводу нашей партии со сцены, были мне, конечно, утешением, что и говорить.
Но разумеется, главное в жизни автора этих строк, что такой удивительный поединок в моей жизни состоялся, о чём трепетно напоминает мне сохранившаяся запись нашей партии с автографом Михаила Моисеевича.

Леонид Ветштейн

На снимке внизу - как раз тот момент из того сеанса, что состоялся в Челябинске 5 июля 1964 года. Рядом - автограф легендарного шахматиста на бланке нашей партии, моя реликвия.