Пострадавшие горняки Коркино обвиняют начальство

История ЧП в памяти компьютера системы безопасности: 3 апреля, 20.55, в забое 38 горняков. Четверо находились в том самом месте, где приборы обнаружили всплеск метана. Ничего экстраординарного: "Коркинская" - шахта третьей категории опасности, а это значит, что подобные всплески здесь бывают по несколько раз в неделю. Автоматическая система просто отключает электричество на участке, а горняки покидают опасную зону. Но в этот раз шахту никто не оставил, горняки пришли на него закончить наряд. Хватило одной единственной искры, чтобы всплеск газа превратился во вспышку. "Двое в очаге были, мы чуть подальше. Им досталось больше", - говорит Фарид Газизов, пострадавший.
Фарида Газизова и Владимира Швайгера в скором времени выпишут из больницы. Двое других горняков с серьезными повреждениями находятся в ожоговом центре Челябинска. Один из них получил ожоги 37% процентов тела. "Руководство знало, что там есть метан, но все равно послало работать туда людей, - считает Владимир Швайгер, пострадавший. - Проигнорировало наши жизни, наши судьбы".
Руководство шахты утверждает, что решение горняков закончить работы на опасном участке было добровольным. Анатолий Андросов, директор шахты "Коркинская", подчеркивает: "Приказа на эти работы не было".
Такие разные версии тех, кто над и под землей. Неизвестно, почему инженер-технолог, отвечающий за безопасность, допустил работу горняков на этом участке. Пострадавшие шахтеры утверждают, что знали про концентрацию метана. Знали это и "наверху". Более того, горняки легко и просто объясняют природу искры: электричество никто не отключал. "Включили лебедку - и все: вспышка, ничего не видно, горит все на руках и на лице, - рассказывает Илья Мустафин, пострадавший. - Все равно же нас обвинят! Как только выйдем на работу, нас сразу же уволят".
Горняки не собираются искать виноватых, не требуют адвоката и не клянут судьбу. Все их мысли сейчас сосредоточены на одном - выжить.