Время собирать мифы

Само по себе подобное утверждение "русские программируют лучше всех" безобидно. Но опасность заключатся в последующих выводах. Один из которых таков: у нас лучшая в мире система подготовки программистов в вузах. И как следствие – эту систему не нужно менять (в плане того, кого и как готовить), нужно ее укреплять (разумеется, за счет государственного финансирования), чтобы выпускать побольше "лучших в мире программистов".

Пик дискуссий о качестве подготовки российских программистов наблюдался три-четыре года назад, и накал обсуждений сейчас уже не тот. Но данный вопрос был опять поднят на недавнем собрании по случаю 10-летия РУССОФТ, где эту тему – как одну из ключевых проблем развития отечественной софтверной отрасли – затронул один из основателей этой организации Андрей Терехов. Во многих отношениях уникальная (в самом положительном смысле) личность на нашем IT-рынке: доктор физико-математических наук, организатор, заведующий кафедрой системного управления СПбГУ, директор НИИ информационных технологий матмеха СПбГУ и кроме того - основатель и генеральный директор "Ланит-Терком", заметного нашего игрока в области создания экспортного ПО.

Собственно, о высоком качестве подготовки российских программистов (в том числе, конечно, в СПбГУ) было сказано, как о само собой разумеющемся. И в подтверждение было приведен традиционный ключевой аргумент: победы наших ребят на чемпионатах мира по программированию.

В этой статье – из-за ограниченности ее объема – нельзя подробно аргументировать свою позицию (я это делал в более ранних публикациях), но один из тезисов ее таков: уровень квалификации разработчиков (а тем более - достижения софтверной отрасли) оцениваются не числом побед в соревнованиях, а результатами производственной деятельности. Умение быстро решать сложные логические задачи – это лишь одна из сторон подготовки программиста. Причем не самых главных. Вопрос о суперпрограммистах обсуждается в публикациях по организации разработки ПО уже много-много лет (довольно подобно изучен еще в начале 70-х), и в целом, давно признана ограниченность (а порой и вредность) возможности использования таких специалистов в индустриальных программных проектах.

Безусловно, такие люди очень важны для отрасли, как генераторы идей и авторы нетривиальных решений, но нужны они только при наличии массовой отрасли, состоящей в массе своей из просто "хороших" программистов. А из этого следует естественный вывод о том, что нацеленность системы подготовки специалистов исключительно на получение призовых мест в олимпиадах (а получается именно так, если этот показатель используется в качестве ключевого) не только не полезна, но и вредна с точки зрения IT-отрасли в целом, да и студентов тоже.

Спустя пару дней после упомянутого собрания РУССОФТ у меня состоялась небольшая переписка со знакомым молодым человеком Сергеем. Он прислал мне письмо:

Я прочитал сегодня в одном из наших интернет-изданий вот такое:

По словам Пачикова, времена, когда русские программисты высоко котировались в Америке, уходят в прошлое: "Основатель фирмы PayPal (ныне Slide) Макс Левчин недавно объяснил мне, почему не любит брать на работу русских программистов: у них нет систематического образования в программировании – "там, где надо знать, они изобретают". У меня в фирме EverNote основная часть программистов - из России, и я только сейчас начинаю понимать, откуда все мои проблемы. Если американцу поручить запрограммировать заведомо глупую задачу, он будет несколько месяцев ходить за тобой, объясняя, почему эта задача не имеет смысла; русский программист скажет "Есть!" и сделает то, что хочет, то есть то, что он считает нужным сделать, а индус скажет "Есть!" и сделает в точности то, что ему поручили".

Как думаете, это правда?

Я ему ответил:

Конечно, правда. И в данном случае Пачиков просто повторил то, что давным-давно всем известно. И я тебе лично говорил об этом в разных наших с тобой беседах еще несколько лет назад – рассказы о высоком качестве высшего образования в России вообще, а тем более в области IT - это байки, которые мы придумали сами для собственного успокоения. Самое плохое заключается в том, что мы в собственные сказки и поверили.

А он мне пишет в ответ:

В общем, для меня это открытие. Почти открытие. Если честно, я тоже в эти сказки верил. Вера пошатнулась после того, как я отучился на экономической магистратуре. Там я понял, что экономику у нас не преподают.

Тем не менее, вера в предыдущее техническое образование сохранялась. Но теперь понимаю, что это тоже все ерунда. Обидно, если честно.

Разумеется, это мнение субъективное и далеко не бесспорное. Но, кстати, - это отзыв потребителя продукции высшей школы, мнением которого у нас вообще никто почему-то не интересуется в принципе. Сергей – обычный, и даже уже не очень молодой человек. 26 лет, закончил бакалавриат ВМК МГУ, потом пошел учиться на магистра в школу экономики МГУ. Работает в фирме по оценке инвестиционных проектов.

Вот, кстати, еще один любопытный вопрос. Мы постоянно слышим пожелания увеличить число студентов по IT-специальностям. А сколько из IT-выпускников идут работать по полученной специальности? Я этот вопрос задаю уже много лет разного уровня представителям нашей высшей школы - и ни разу не слышал вразумительного ответа. Конечно, это частный пример, но из группы Сергея (ВМК МГУ, 20 человек) в IT-отрасли работают менее половины, разработкой ПО занимаются четверо.

Почему же так живучи мифы, кому от них выгода? Это, конечно, отдельная тема. Но в целом понятно: обществу приятно чувствовать себя "лучшим" (а критические высказывания легко отнести к категории "происки врагов") и не разгребать завалы, которые застят ему свет, мешают видеть, куда идет мир, и идти вместе с ним. Что до конкретных проповедников, то нетрудно заметить, что за рассказами о том, как сильна Россия программистами, на самом деле скрываются весьма конкретные интересы - корпоративные или чиновничьи.

Андрей Колесов.