Парня из Магнитки "дембельнули" через полгода

Магнитогорец Артур Губеев и челябинец Артем Муратов попали в военную часть в окрестностях Екатеринбурга. От дома не так уж и далеко. А на днях, спустя шесть месяцев со дня призыва, оказались дома. Униженные, больные, зато не дезертиры, а демобилизованные закону. Повезло?

- Наконец-то мы вырвались из этого кошмара, - вздыхает Артем. - Думаете, преувеличиваю? Представляете, чтобы не выходить из госпиталя обратно в часть, я вскрыл себе вены. Я двустороннюю пневмонию на ногах перенес, два месяца служил с температурой и без теплой одежды… Как в часть приехал, получил комплект формы. На следующий день смотрю, а на вешалке нет моего ватника, бушлата и вещмешка. А нам на полигон ехать, на учения. Так и поехал, в чем был. Когда в палатке места не было, спал на земле. Хоть и июнь, но по ночам холодно. Просил одежду, а у командиров один ответ: «Ищи где хочешь».

Вернулся в часть с температурой. Ночами спать не мог, из-за кашля задыхался. В госпиталь положили только в августе.

- Лекарств там никаких нет, - продолжает вспоминать вчерашний новобранец. - Врачи таблетки меняли на армейские футболки или еще какую-нибудь добротную амуницию.

Пока мы говорим, второй солдатик лежит на диване. Он уже третий день на гражданке, но никак не может прийти в себя от усталости. Артур сбегал домой в Магнитогорск. Не выдержал издевательств контрактников: «Били нас, бычки об голову тушили». К нему офицер из Екатеринбурга приезжал. Водки с ним попил, уговорил в часть вернуться. А там все снова повторилось.

- Вообще в нашей части многое скрывают, - вступает в беседу Артур. - Парень, к примеру, с синяками в казарме лежит, встать не может после побоев. Если старшие офицеры на построении про него спросят, младшие отвечают: «Он в наряде»… Там все перемешано: срочники вместе с контрактниками вместе живут. Мест в казармах и общежитиях не хватает, приходится ночевать в красном уголке. Контрактники вообще творят, что хотят. Пойдут в Екатеринбург, напьются, возвращаются и начинают ночью свои порядки устраивать: бьют, заставляют под кроватями ползать. Два часа поспать - это за счастье! Мы из части специально уходили - все дырки в заборе давно известны - чтобы выспаться нормально. Там теплотрасса проходит. Ложились на трубы и отдыхали...

Разбитые от усталости и болезней, измотанные унижениями Артем с Артуром были близки к побегу. Офицеры это видели и решили не портить статистику: списали солдат по здоровью. Выдали им по полторы тысячи на дорогу, военные билеты и отправили восвояси.

- Эти деньги у нас на вокзале в Екатеринбурге чуть все не забрали, - говорит Артем. - Там к нам подошел патруль. Говорят: «Пройдемте в комендатуру, не по форме одеты». А по какой форме? У меня как сперли ее, так и не выдали больше. А Артур свою форму за 500 рублей выкупил в части. Короче, пожалели нас, карманы только у одного выпотрошили. Да черт с ними, с деньгами, главное, что мы - дома.

…365 дней - даже этого для нашей армии хватит, чтобы… Ну вы сами поняли. Эта история - закономерное продолжение всех предыдущих случаев, описанных нами в «Комсомолке» за последнее время. «Дедовщины» не стало. Но жестокость и безразличие реформированию не поддаются. Или все-таки не так все плохо? Ждем ваших откликов.

Алексей Микушин