Равнодушных не было. Спектакли омского театра прошли на сцене магнитогорской «драмы» с большим успехом

Это событие выглядело бы рядовым, если бы «Пятый» не возглавлял ныне Максим Кальсин, семь лет до этого стоявший у руля магнитогорской «драмы». Подобный камбэк вызвал интригу, поскольку увидеть «другого» Кальсина стало делом вкуса и чести для подлинных поклонников театра. Омск привез три спектакля, два из которых были поставлены Кальсиным.

Причем спектакль «Перемирие» стал некой проверкой на совместимость Омска и Кальсина образца 2020 года (когда он и возглавил театр). Напомним, что подлинную любовь омичан Кальсин снискал в Сибири еще в далеком 2010 году, поставив там в качестве приглашенного режиссера легендарный спектакль, идущий в Омске по сей день и ставший своеобразной визитной карточкой, – спектакль «Географ глобус пропил».

Буря оваций после спектаклей, кажется, даже несколько смутила актеров. Казалось, что такого приема они не ожидали. Крики «браво!» сопровождали выход на поклон каждого.

Ну а что же «Перемирие»? Чтобы ответить на этот вопрос по существу, вероятно, стоит начать с названия театра. Почему, собственно, театр называется «Пятый»? Еще на стадии своего рождения коллектив будущего театра решил выйти за рамки театральной традиции. Драма, опера, куклы и ТЮЗ не должны были диктовать театру свои «заповеди». Встающий на ноги театр закреплял за собой право выходить за рамки четырех концепций существующих видов театра, формируя уникальную свою – пятую: быть во всем сразу и вне всего. И он начал это делать. Однако, как это часто бывает, когда самобытность эстетическая достигает уровня мастерства, вызывающего живой отклик у зрителя, она дает право посягнуть и на большее: на нормы этического порядка. Что, собственно, и произошло. Сейчас «Пятый» омский – это театр, позволяющий себе спектакли, которые далеко не каждый театр может себе позволить по части «политкорректности». И «Перемирие» стоит в ряду таких спектаклей.

Кальсин хотел поставить этот спектакль давно, пробовал сделать это в разных театрах, в том числе и в Магнитке. Получить согласия не удавалось. Можно понять руководство многочисленных российских театров, ведь чем закончится этот эксперимент и как отреагирует зритель, было неведомо никому. Никто не хотел рисковать. Но «Пятый театр» рискнул. Именно с этим спектаклем Кальсин пришел в Омск во второй раз, как только получил приглашение министра культуры Омской области возглавить театр. Пришел в качестве главного режиссера. И от того, как пройдет премьера, зависело многое. Новому главрежу важно было показать городу, что это не просто эксперимент, а это и есть тот самый уникальный путь «Пятого театра»: доносить до зрителя вещи высшего порядка не через захватывающие дух, но все же придуманные истории, а через реальную, живую, сегодняшнюю ноющую боль – ту самую боль, которая разделяет нас до крови, боль, преодоление которой и есть подлинная цель искусства.