Ваш регион

-24°

днем -12°

вечером -17°

USD

70.38

EUR

76.73

Суббота

4 февраля

Узнайте, учится ли ваш ребёнок сегодня

Лента новостей

январь 2023
февраль 2023
март 2023

4 февраля

3 февраля

Новости / ВИП-новость25 декабря 2012

Пока мы готовимся к празднику… Ветерана войны выживают из собственной квартиры

Магнитогорск. Мы выезжаем из редакции. Звонок: «Что-то я вас не вижу, а ко мне в квартиру ломятся». Судорожно соображая, что делать в таких случаях, отвечаю, что будем у него через 10 минут. Леонид Петрович говорит, что ждет и бросает трубку. Он – ветеран войны. Портят жизнь ему соседи по квартире. Он, победивший Германию и Японию, вынужден воевать с женой умершего сына, которая пытается выставить дедушку из его квартиры.

12825 просмотров 59
Реклама

Угол для героя

В окне на четвертом этаже я замечаю фигуру в светлой рубашке. Как последнюю надежду, ждет нас Леонид Петрович Комаров. Встречает в подъезде: осунувшийся, держась на слабых ногах, герой войны дрожащими руками пытается попасть в замочную скважину и пустить нас в квартиру, которая давно стала камнем преткновения. В коридоре дребезжит холодильник, на полу валяется свернутый ковер. Справа – закрытая комната, слева – тоже.

Пока мы готовимся к празднику… Ветерана войны выживают из собственной квартиры
Пока мы готовимся к празднику… Ветерана войны выживают из собственной квартиры

- А тут живу я (показывает на дверь прямо). Эта женщина, которая ломилась – съемщица. Бывшая сноха постоянно в свою комнату кого-то впускает, а я в судебном порядке выселяю. Вот эта только что ушла, разминулись вы, - говорит он и безнадежным жестом приглашает в свою комнату.
Кровать, два стола – один письменный, второй – журнальный, один невысокий стул, шкаф, полки – ни одной вещи или предмета из 21 века. Все, кроме ложа и столика, аккуратно заложено бумагами: они лежат стопками, вложены в папки, все учтено. Одну пачку Леонид Петрович показывает нам:

- Вот сколько бумаги исписано. Вот это все – моя работа. Столько судебных дел, всяких решений и всего-всего. Ищу, ищу, ищу правду…. А найти не могу. – Он с грустью улыбается. В нем чувствуется та самая старая закалка. И вместе с тем: война, тяжкий труд, потери и отравленные годы жизни – все это в его опустившихся руках и плечах, поданных вперед…

В семье не без урода 

В 2007 году Леонид Петрович похоронил своего сына-алкоголика, с 16-ти лет ходившего по этапам.

- Как говорят, семья не без уродов, десять человек – все равно один урод может быть, - вздыхает Леонид Петрович. – Он у нас с матерью был единственный сын, роды были поздние. Долго ждали, все-таки дождались. В 1966 году он родился. И с 16-ти лет пошел в Атлян – угнал мотоцикл. Сперва ему условно дали, скоро он снова угнал машину, два с половиной года или три дали – малолетку. Он до 18 лет просидел в Атляне, потом перевели во взрослую колонию. Мы с матерью его забрали, привели домой. Вроде успокоился, женился, мальчик у них родился. А он снова попал в тюрьму на четыре года…

Пока мы готовимся к празднику… Ветерана войны выживают из собственной квартиры
Пока мы готовимся к празднику… Ветерана войны выживают из собственной квартиры

Жена ушла, разорвав связь (своего родного внука Леонид Петрович больше не видел). Костя отсидел четыре года и снова женился, усыновив сына. Жить нормально не смог: сорвался, сел на пять с половиной лет. Тут не выдержала мать – умерла. Леонид Петрович остался один.

- Поскольку он еще находился в колонии, нотариус сказала запросить доверенность, и оформить на него долю в квартире, - говорит Комаров. – «Если ты этого не сделаешь, будешь платить выморочку – то есть, покупать эту ¼», - мне так было пояснено. Я вынужден был эту доверенность взять, и где-то что-то я подписал. Таким образом, вот эта ¼ оказалась у него в собственности.

В 2002-ом Константин освобождается, будучи пьяным, угоняет машину отца и лишается водительских прав.

- И пошло с этого: пьет, пьет, пьет. Я уже что только не делал – нет результата. Положил в психбольницу: он пролежал, подлечился что ли, может, и не лечился – вышел…
Осенью того же, 2002-го, Костя встречает торгашку из деревни, женщину на 12 лет себя старше. «Он алкоголик, она ему подает», - лаконично характеризует эту связь отец. Впоследствии Зинаида женит Костю на себе и заставляет написать в свою пользу завещание. Именно поэтому уже пять лет Леонид Петрович живет в ужасных условиях, спасаясь от бывшей невестки и ее жильцов, которых она заселяет в свою комнату. «Трешка», раньше бывшая Леониду Петровичу домом, сейчас содержит всего одну комнату, в которой ветеран Великой Отечественной войны Комаров может чувствовать себя спокойно…
Пока мы готовимся к празднику… Ветерана войны выживают из собственной квартиры

 

 - Это моя кухня. Вот у меня термос, хлеб – Леонид Петрович показывает на журнальный столик с продуктами. – Вот здесь я ем. Там меня могут отравить.

Подарок от невестки

- По закону она действует, строго по закону, - задумчиво говорит Леонид Петрович. – Написала мне письмо: согласен ли я выкупить ее долю. Я пока ей ответа не дал. Она даже ответ может не получить, но срок пройдет – месяц – она может уже продавать свою долю без моего согласия.

Месяц кончается как раз под Новый год – кто окажется его соседями и как они будут себя вести? А вдруг будет еще хуже?

Пока мы готовимся к празднику… Ветерана войны выживают из собственной квартиры

 

- Мне надо было ответить. Но я ее не выкупаю почему: я прекрасно понимаю, и уверен в том, что она неправильным путем, может мошенническим или каким, завладела этой собственностью.

Раздается звонок в дверь. Мы переглядываемся, Леонид Петрович не слышит.

- В дверь звонят…

- Это, наверное, Зинка. Не открою! – решительно заявляет он. – Или открыть? – Уже менее решительно.

Пожимаем плечами: если он, проживший столь долгую жизнь, не знает, как поступить, что можем посоветовать ему мы?

Он осторожно встает, медленно идет к двери:

- Кто там?

- Зина, открывай!

Он подставляет ногу, приоткрывает дверь. Там действительно Зина. Вместе со своей съемщицей. Обеих женщинами назвать сложно – поведение недостойное ни дамы, ни человека вообще.

- Что не открываешь? Я эту дверь снесу когда-нибудь! – Тон хамский, наглый…

- Делайте, что хотите, - слабо отвечает дедушка и закрывает дверь.

Женщины замечают нас и пытаются последовать за дедом, но он успевает защелкнуть засов.

- Будем тихо разговаривать, - двигает к нам свой стул…

«Именем Российской Федерации меня наказывают!»

- Я Зинку не прописывал тогда, - рассказывает Леонид Петрович. – А в 2007 году перед смертью Костя стал резать вены. Вот лежит, рядом тазик стоит, кровь бежит. Я говорю: «Костя, ты что делаешь-то?» Раз кто-то скорую помощь вызвал (меня не было). Потом я оказался дома, я вызвал. Он мне говорит: если ты Зинку не пропишешь, буду резать вены.

Пока мы готовимся к празднику… Ветерана войны выживают из собственной квартиры

А ей же надо прописку, она же торгаш. Она на него наступала, чтобы я его прописал, а я не давал согласия. Но когда он стал резать вены, у меня не стало выбора. Если я не дам прописку, он покончит жизнь самоубийством, а это для меня, для отца, как будет?

В 2007 году Зина прописалась в квартире. Седьмого декабря 2007 года забрала мужа из стационара, где он лечился, и привела на свадьбу. Там Константин как следует залил за воротник.

 - Вот тут возникает вопрос в документах: в одном случае она говорит: его увезли на скорой, в другом – оказался в медвытрезвителе. Утром восьмого числа она указывает, что он пришел домой со свадьбы, запросил опохмелиться, она ему дала бутылку водки. Он ее выпил, сколько – она не видела. Получилось так: утром он выпил, оказался на ЦГЯ. Вот здесь он потерялся. Каким образом он оказался после ярмарки на Советской, 88, в приемном покое третьей городской больницы? Есть тоже документы по милиции, что он был обнаружен на Советской, 88. Как обнаружен, где, кто?

В морг тело поступило как неопознанное. Когда Леонид Петрович после звонка из дежурной части милиции пришел опознавать сына, узнал, что в этом уже нет надобности. Кто-то (видимо, жена) узнал о смерти мужа раньше. Для Леонида Петровича это стало еще одним подтверждением: Зина ждала смерти Кости, чтобы обзавестись желаемыми квадратными метрами.

Пока мы готовимся к празднику… Ветерана войны выживают из собственной квартиры

- Я все вспоминаю, - неожиданно меняет тон дедушка. – Одна бабка так искала правду, искала, и вот так за столом и отдала богу душу. Я на грани сейчас. Я инвалид войны, мне 87 лет. Заслуги мои – военные, трудовые – без запятых, все идеально, не так, как у других. Служил отлично, работал отлично. Как в судебных решениях: именем Российской Федерации меня наказывают. А я же РФ защищал, так разберитесь вы, пожалуйста! Извините, я уже начинаю... Спасибо, что вы пришли. Спасибо, что вам придется мне помочь как-то выйти из этого круга, как Данте писал… Как мне выйти из этого круга?..
Мы оставляем дедушку одного в квартире с двумя крепкими женщинами, а в голову лезут страшные опасения. Чем мы ему можем помочь? Здесь действительно все по закону. Но не по правде. Недавно Леонид Петрович обратился к депутату ЗСО – помочь ветерану – долг народного избранника, и редакция «Верстов.Инфо», как и сам герой, надеются, что помощь будет оказана и история Леонида Комарова не пройдет мимо широкой общественности.
Пока мы готовимся к празднику… Ветерана войны выживают из собственной квартиры

 

P.S. Леонид Петрович Комаров имеет медали за Победу над Германией и Японией. Он – один из немногих оставшихся в живых людей, на фронтах войны защищавших Родину. В бою пуля угодила ему в щеку и прошла на вылет. В бою он потерял друзей. Но сам остался жив. А еще он ветеран труда, инвалид второй группы. Большую часть своей жизни был геологом, сделал огромный вклад в эту сферу.

У него должна быть достойная старость, но это не так… 

ПодписывайтесьЧитайте нас в Telegram
Реклама

Поделиться новостью

Катерина Багирова, фото Константина Белихова, служба новостей "Верстов.Инфо"

Если вы заметили ошибку в тексте, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter

Реклама
Реклама

Смотрите также

Реклама

Последние комментарии

Ошибка