Мнение эксперта. Брал ли взятку от Тарасова вице-губернатор Сандаков?

Евгений Тарасов – магнитогорский бизнесмен, получивший в свое время должность сити-менеджера Озерска и погоревший на финансовых махинациях. Получив срок, Тарасов начал активно сотрудничать со следствием, потянув на скамью подсудимых многих влиятельных персон – от руководителя треста «Магнитострой» Олега Лакницкого до сенатора Константина Цыбко. В числе тех, кто помогал Тарасову получить высокую должность для дальнейшего распила бюджетных денег, по мнению следствия, оказался и вице-губернатор Николай Сандаков.

Сам Евгений Тарасов выпущен из заключения условно-досрочно, а его «подельники» продолжают «гореть» на работе. На прошедшей неделе «сгорел» Сандаков – прямо по дороге в аэропорт, куда он направлялся якобы в служебную командировку…

Сам Сандаков, разумеется, с обвинением не согласен и охотно об этом делится с прессой.

В рамках рубрики «Детектор лжи» мы обратились к нашему эксперту – руководителю лаборатории оперативной психодиагностики Станиславу Анпилогову с просьбой выдать свое заключение относительно виновности Сандакова, основываясь на сказанных подозреваемым в телекамеру словах.

– Как мы видим с первых секунд ролика, подозреваемый не согласен с решением об аресте, но принимает это как неизбежность, поскольку не может на это повлиять. Это выражено в комплексе его поведения «речь-лицо-тело» до шестой секунды. Дальше он получает вопрос: «В чём вас обвиняют?» И тут обратите внимание на классическое «чудо» в верификации. Мы его обсуждали на примере интервью Клинтона о Левински. Причастное к событию лицо наиболее стремится к положительной социальной оценке и интуитивно или сознательно (как в нашем случае) использует в речи диссоциации. То есть он использует прием своего дистанцирования от опасной темы. 16-я секунда клипа, речь о Тарасове… Здесь Сандаков использует, как в своё время и Клинтон («не было секса С ЭТОЙ ЖЕНЩИНОЙ Моникой Левински») речевую модель дистанцирования: «лицом, которое было осуждено… по другим… событиям». Ориентировочная реакция вероятно связана с подбором ключевого слова для дистанцирования, и он его находит («событиям»). Как ты сам думаешь, почему возникла ориентировочная реакция?

– Если исходить из логики диссоциации, то логичное слово в этом контексте будет «преступлениям». Хотя бы потому, что он сам до этого сказал слово «осужден». А осужденным Тарасов может быть только за преступление…

– Совершенно верно! Не кажется ли тебе странным такой неестественный подбор слов? Вместо того, чтобы назвать вещи своими именами, человек зачем-то подбирает более мягкий термин. Это раз. Теперь посмотри ещё на одну публичную «игру в дистанцирование» под названием «потеря памяти». Начиная с 1.30 смотрим: «Когда Вы видели Тарасова последний раз?» Как ты думаешь, такой вопрос могли задавать ему на первых допросах?

– Не только могли, но и задавали. Ведь его обвиняют в получении взятки от Тарасова.

– А значит он не успел забыть детали их общения до ареста Тарасова. И подобная модель, которую он применяет дважды за десять секунд, вероятнее всего направлена на создание нужного для нашего героя впечатления, что данные обстоятельства и факты в его жизни незначительны. Ты в это поверишь?

– Вряд ли. Учитывая его положение сейчас…

– И, наконец, вопрос на второй минуте: «Куда Вы ехали, и почему Вас задержали в аэропорту?». Опять ориентировочная реакция: «Я ехал… в… служебную командировку». Нужно что-то объяснять?

– Как говорится, перечитайте тезис № 1. Что ж получается в итоге?

– Могу подытожить, что представленный клип с гражданином Сандаковым демонстрирует причастность его к заявленным событиям. А также значимость этих событий. Исходя из речевой модели, можно сказать, что Сандаков делал всё возможное в рамках короткого интервью для умышленного (!) создания дистанцирования от Тарасова и обстоятельств, с ним связанных. Эти попытки, с нашей точки зрения, указывают на причастность данного лица к событиям и возможную недостоверность сообщаемых сведений в представленном сюжете.

– Спасибо за экспресс-анализ для наших читателей. Как обычно, напомню, что поработать по методике профайлинга и научиться основам верификации лжи может любой желающий, посетив сайт центральной лаборатории региона в Магнитогорске.