Журналист раскрыла «черные» схемы жилотдела мэрии

В любом цивилизованном обществе после подобных вопиющих фактов, опубликованных в газете, последовал бы громкий судебный процесс. Либо газету за недостоверные сведения приговорили бы к миллионным штрафам и опровержению, либо чиновника, про которого ведется рассказ, на следующий же день отстранили бы от должности и начали бы публичное и громкое антикоррупционное расследование. Возможно ли такое в Магнитогорске, покажет время.

А пока – вкратце суть «черных» схем, раскрытая журналистом «ММ» Юлией Счастливцевой:

«Василий Мартынов прописан по адресу, которого нет. Старый дом на улице Уральской снесен три года назад. Однако по паспорту пенсионер «проживает» именно там: дом № 23, квартира семь.

Сначала переселение Мартынова из ветхого и аварийного дома шло по плану – аккурат как предписывает федеральная программа. Соседи Мартынова – семья Стешиных – получили однокомнатную квартиру в новом доме, он сам – комнату в том же доме № 31 по улице 50-летия Магнитки. В декабре 2006 года, когда пришло время получать ключи от нее, пенсионер лежал в больнице после инфаркта головного мозга. Поэтому вещи отца перевезла его дочь Светлана Мазуренко. После подписания договора социального найма с директором ЖРЭУ-2 Л. Халезиным Светлана занялась оформлением прописки отца в муниципальной комнате, но неожиданно получила отказ начальника жилотдела И. Даньшовой.

Чуть позже оказалось, что в апреле 2007 года – спустя полгода после переселения – в прокуратуру Ленинского района поступило заявление от соседей Василия Мартынова по старой квартире на Уральской. В заявлении Михаил и Татьяна Стешины и дочь Татьяны Надежда Хапатулина сообщали, что Мартынов незаконно прописался в их квартиру, заняв одну комнату.

Сами Михаил и Татьяна сказали, что никакого заявления не писали. Светлана провела почерковедческую экспертизу заявления Стешиных-Хапатулиных. Официальное заключение эксперта-криминалиста показало: подписи всех заявителей сделаны одной рукой, не принадлежащей никому из них. То есть в основу прокурорского расследования легла «липа», созданная в недрах жилищного отдела. Но колесо следствия уже неслось вниз, и остановить его Светлане было не под силу. Из официального ответа главы города Евгения Карпова на свой запрос она узнала, что ее отец «не имел права на указанное жилое помещение и не имел отношения к членам семьи нанимателя, на жилой площади которых он был зарегистрирован». Дальше на основании постановления главы города от 14 августа 2007 года жилотдел вычеркивает имя Василия Мартынова из списка горожан, подлежащих переселению. Пенсионера оставляют «проживать» в снесенном доме.

Во время судебного процесса Светлана Мазуренко, представляя интересы отца, подала ходатайство о приглашении в суд брата и сестры Стешиных, которые, по версии жилотдела, настаивали на незаконности прописки их соседа Василия Мартынова. И тут выяснилось, что пожилые люди внезапно скончались: тела стариков нашли в заброшенном доме в поселке Спасском, куда их вывезли риэлторы. Смерти зафиксированы с разницей в неделю: 28 января и 5 февраля.

- После их смерти мне стало понятно, что кто-то последовательно избавляется от немощных участников программы. Мой отец тоже из этой категории: он перенес сильнейший инфаркт, и в случае его смерти об оспариваемой комнате никто не вспомнит. Там же, в суде, я спросила у сына Татьяны Стешиной - Марата, кому теперь принадлежит новая однокомнатная квартира Стешиных. Он ответил, что она, оставшись в муниципальной собственности, была продана за семь тысяч рублей соседям напротив. А кто, вы думаете, живет напротив? Одна из высоких чиновниц правового управления мэрии. Кстати, на судебное заседание начальник жилотдела Даньшова ездила не иначе как вместе с главным специалистом искового правового отдела администрации Бабич и риэлтором Даниловой. Что их связывает? Вот где прокуратуре нужно копать, - сообщила «ММ» Светлана Мазуренко.

Решением Орджоникидзевского районного суда Магнитогорска ее отец Василий Мартынов выселен из комнаты по улице 50-летия Магнитки. Сегодня пенсионер лишен всех прав, которые ему давала регистрация по месту жительства. Находясь в тяжелом состоянии, он, будучи по сути бомжом, даже не может получить квалифицированной медицинской помощи».